Я знала, что страдаю от недосыпа. Знала, что слишком мало ем. Знала, что стремление постоянно чем-то себя занимать служит только одной цели – а именно, отвлечься от своих невеселых мыслей. И еще я знала, что лучше было бы с кем-нибудь об этом поговорить, а не давать своим тревогам разъедать меня изнутри.
За последние несколько недель Кресс достаточно часто спрашивала меня, все ли со мной в порядке. Казалось, она чувствовала, что я страдаю, и каждый раз, когда она улыбалась мне, я была готова рассказать ей все – но вместо этого в итоге повторяла одну и ту же ложь.
Это было глупо, безответственно и, вероятно, довольно нездорово с моей стороны, но я просто не могла заставить себя открыться ей. Кресс не смогла бы ничем мне помочь, хотя и сделала бы для этого все возможное. Скорее всего, она бы только зря разволновалась.
Я тяжело вздохнула. Чего мне, на самом-то деле, не хватало для счастья? У меня было все, о чем я могла мечтать – крыша над головой, лучшая подруга, полезное образование и обеспеченное будущее. Так почему же я почти каждую ночь проводила без сна, не в силах оставить прошлое позади?
Мне хотелось кричать. Или плакать. Или кричать и плакать одновременно. Но я так устала…
Я должна пойти спать. Мне очень нужен сон.
Вместо этого я сидела в тишине, глядя на перила балкона и раскинувшийся за ними парк, на темноту между деревьями. У меня создалось впечатление, что кто-то пристально смотрит на меня из этой темноты.
Значит, теперь у меня еще и паранойя развилась. Замечательно. Просто замечательно!
Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох. Один раз. Два раза. Три раза.
Как бы мне хотелось, чтобы мама оказалась здесь и придала мне смелости! Как бы хотелось снова увидеть папину улыбку! Как бы хотелось рассказать Люси обо всем происходящем со мною в этом мире!
А еще я хотела сбросить Логана с его чертовой башни. Хотела обладать таким даром, как у него, чтобы суметь испепелить всех элементалей. Хотела, чтобы не было никаких родственных душ.
Я хочу! Я хочу!
Горло мое сжалось. Сентябрьский воздух был слишком душным, тишина – слишком гнетущей. Я поспешно отодвинулась от стены. Мне казалось, что она желает схватить и проглотить меня. Или заключить в темницу.
В плену. В плену.
Боже, как я все это ненавижу!
Меня пронзила дрожь. Ногти с такой силой впились в икры, что на них наверняка останутся синяки. Глаза щипало, но слез не было. Уголки рта раздвинулись в безмолвном крике. В немом, беспомощном крике.
Я была одна-одинешенька.
Меня, как всегда, некому было спасти.
В этот момент я хотела умереть. Смерть была заманчивым вариантом, в отличие от этого кошмара.
Дыхание мое сбилось. Плечи задрожали. Я не могла больше дышать…
Что-то почти бесшумно приземлилось рядом со мной. Нет, не что-то.
На мгновение я была настолько потрясена, что забыла обо всем остальном.
Фигура откинула капюшон. Я увидела каштановые кудри и золотые глаза.
Квинн!
Разведчица опустилась передо мной на корточки и приблизила свое лицо к моему.
– Посмотри на меня! – скомандовала она, хотя я и так уже не могла отвести от нее глаз, а затем попыталась нежно взять меня за руку.
Я отшатнулась. Квинн тут же отдернула руку.
– Дыши! – приказала она, словно точно знала, что надо делать, когда кто-то теряет контроль над собой.
И, хотя я почти не знала Квинн, я ей доверилась. По крайней мере, я верила, что она сможет мне помочь. Других вариантов уже не оставалось.
И я задышала.
Квинн задавала темп, говоря мне, когда вдыхать, а когда выдыхать. Я повиновалась. Когда она коснулась меня во второй раз, я больше не отшатнулась. Квинн осторожно разжала мои судорожно скрюченные пальцы.
– Твой любимый цвет? – внезапно спросила она.
– Что?
– Просто ответь на вопрос!
– Королевский синий.
Она удовлетворенно кивнула.
– Любимый жанр музыки?
– Классика.
– Любимое блюдо?
– Кофе.
Так продолжалось еще некоторое время. Квинн расстреливала меня вопросами, а я лаконично отвечала. Вопрос – ответ. Вопрос – ответ. Вопрос – ответ.
Пока я снова не расслабилась. Пока мои родители, Люси, Логан и элементали не отошли на второй план. Пока меня не перестало трясти.
Вопросы отвлекли меня от проблем. И как эффективно!
Я не спрашивала Квинн, что она делала в парке посреди ночи. Я не сказала ей спасибо. Я всего лишь поднялась на ноги, расправила плечи и постаралась казаться более или менее спокойной.
– Пойду-ка я посплю, – решительно заявила я.
На лице ее не отразилось никакой жалости, одно лишь понимание. За одно это мне хотелось целовать ей ноги.
Квинн коротко кивнула, прежде чем перелететь через балконные перила и снова исчезнуть в ночи.
Оставшиеся до рассвета два часа я спала, как младенец.