Аресты были нужны, чтобы наказать и запугать. А еще – чтобы поставлять рабскую силу. Эти две функции ГУЛАГа на протяжении его истории сменялись, соединялись и дополняли друг друга. В какие-то моменты приоритет был за запугиванием. Так обстояло дело, например, во время полномасштабной атаки сталинского режима на крестьянство с 1930-го по 1932-й годы. И, конечно, так происходило в 1937–1938 годах, во время так называемого Большого террора. Каждая административно-территориальная единица страны, каждая область, каждое предприятие, каждое министерство поставляло саботажников, предателей и скрытых контрреволюционеров. Власть постановила, что враг близко, что он притаился, готовясь нанести удар, и что его нужно разоблачить. Элита рисковала едва ли не больше других, под прицелом был каждый. Коммунистическая партия прошла через чистку. Доносы шли лавиной – аресты на рассвете, потом пытки. Процесс завершался приговором, который часто выносила за несколько минут тройка, опиравшаяся исключительно на сфабрикованные досье. Страх гулял по всему СССР. 1, 5 млн арестов и быстрых судебных приговоров, 799 тысяч смертных приговоров, приведенных в исполнение в подвалах больших тюрем и на «полигонах» НКВД. Девять десятых смертных приговоров, относящихся к годам правления Сталина, были вынесены в 1937–1938 годах.139
