XX век начинает свой бег, и упорство Сидорова и Сибирякова наконец дает результаты. После десятилетий инертности и порой даже яростного сопротивления власть наконец начала демонстрировать растущий интерес к Арктике и Сибири. Успех экспедиций, профинансированных сибирскими меценатами, сыграл свою роль. Но, кроме того, русская элита прониклась духом времени. Повсюду в Европе, как и в Соединенных Штатах, последние тайны планеты, скрывавшиеся на полюсах, вызывали огромное любопытство. Никто еще не знал, как выглядит самая северная точка Земли, не говоря уже о южном полюсе. Британцы увеличивают число экспедиций к Канадскому арктическому архипелагу, чтобы найти путь между Атлантикой и Тихим океаном, Австро-Венгрия отметилась в Арктике, открыв архипелаг и назвав его Землей Франца-Иосифа, молодая Норвегия, боровшаяся за свою независимость, затаив дыхание, следила за подвигами своих национальных героев Нансена и Амундсена, Франция и Германия тоже стараются не отстать. Технический прогресс позволил значительно улучшить проходимость судов во льдах. В России вице-адмирал Степан Макаров, самый молодой офицер флота, удостоенный такого звания, прославился тем, что начал последовательно защищать необходимость морского присутствия России в Арктике. В результате его усилий царский флот получил первый морской ледокол, названный «Ермак» – в честь русского покорителя Сибири. Макаров, морской офицер по образованию и океанограф по призванию, не сомневался в стратегической значимости подвига Норденшёльда: перед Россией вдруг открылась новая перспектива – освоить Дальний Восток, не огибая Европу, Африку и юго-восточную Азию. При условии, конечно, если государство вложит огромные усилия в разведку и оборудование морского пути, о чем вот уже несколько десятилетий просили Сидоров и Сибиряков. Общественное мнение менялось, стало слышаться все больше и больше голосов в защиту освоения Севера и энтузиазма вице-адмирала, который сам встал за штурвал своего ледокола. Особенно важен был голос Дмитрия Менделеева: сибиряк по происхождению, отец периодической таблицы элементов, пользуясь своей международной известностью, отстаивал развитие морских путей, столь необходимых для его родного края. Через сто лет после своего предшественника, великого Ломоносова, он, в свою очередь, утверждал, что от процветания Сибири зависит судьба всей России.
Север манит, Север завораживает, Север открыт для всех. Сибирский морской путь внезапно обретает совсем другой масштаб в 1904 году, когда Япония напала на Россию, атаковав Порт-Артур на Желтом море. Из диковинки, возможно, потенциально полезной, Северо-Восточный проход превратился в необходимость. Жестокий урок для России: из-за того, что власть не захотела осваивать воды Арктики, Балтийский флот вынужден предпринять многомесячное путешествие, чтобы прийти на помощь осажденному Порт-Артуру. В это время вице-адмирал Макаров, любимец флота, отправленный командовать эскадрой в Порт-Артуре, чтобы поднять боевой дух моряков, погиб 13 апреля 1904 года подорвавшись на японской мине в одном из первых выходов в море. Через год, 27 мая 1905 года, русский флот был полностью уничтожен при Цусиме. Он почти достиг Владивостока, когда практически все корабли были потоплены противником, подготовленным гораздо лучше. Порт-Артур пал 2 января 1905 года, и Россия стала первой европейской державой, потерпевшей поражение от набиравшей силы Азии.
Национальное унижение, ставшее травмой для общества, подействовало как электрошок. Это событие открыло глаза военным на слабость российского флота. Как показал опыт, он был отрезан от тихоокеанского театра военных действия. Но это еще не все. В местах традиционного базирования на Балтике и Чёрном море, выход в океан все больше и больше зависит от иностранных государств. Что, если военный конфликт внезапно столкнет Россию с Германией, контролировавшей выход в датские проливы, или же с Оттоманской империей, у которой находятся ключи от Босфора и Дарданелл?
Пройдет несколько лет, и эта угроза осуществится – начнется Первая мировая война. Царская Россия слишком поздно и слишком медленно, но все же начнет всерьез рассматривать свое арктическое будущее. Экспедиции Вилькицкого, Седова, Брусилова и Русанова отправятся в море, чтобы исследовать морской путь и еще не открытые острова. Только в 1913 году станет известен последний архипелаг Арктики и планеты, Северная Земля. Россия двинется на север, и одним из творцов новой политики станет не кто иной, как министр финансов Сергей Витте, который закончит свой великий транссибирский проект и примется за создание нового большого военного порта на Мурмане, на единственном участке русского арктического побережья, где никогда не бывает льдов. Этот порт, как заявляли сторонники его строительства, будет служить России арктической базой и гарантировать флоту свободный и беспрепятственный выход во все океаны планеты.
