Когда я снова открыл глаза, меня окружал густой туман. Не туман от дыма и пыли, а туман от растерянности и страха. Я лежал на земле, болело всё. Попытался сесть, но боль пронзила меня, и я завалился обратно. Где-то рядом я ощущал чьи-то присутствие, но не мог разглядеть ничего вокруг себя. Толи голоса, толи звуки доносились сквозь туман, словно эхо прошлого сражения. Я лежал, словно разбитый кусок стекла, ощущая пустоту и отчаяние внутри себя. Все мысли и чувства размывались, растворялись в этой густой, кровавой реальности. Мой взгляд блуждал по окружению, искал знаки, но находил только ужас и хаос.
Я лежал неподвижно, как труп, и лишь очень медленно, редко моргал. И тут сверху на меня направили не просто луч света, а целый прожектор ослепительно белого света. Я ничего не видел, кроме этого света, заполняющего всё моё зрение. Раздавались голоса, но их речь была непонятной, какой-то зашифрованной информацией, и ещё я слышал какой-то металлический голос, монотонный и отстранённый.
В этом белом свете, в этом вакууме звука и информации, я почувствовал, как меня поднимают. Мои руки и ноги ощущали чужую хватку, грубую и уверенную. Они словно ощупывали меня, проверяли, искали что-то. И тут, металлический голос заговорил чётко и ясно – Анализ состояния… Повреждения… Значительные… Транспортировка. Всё происходило в каком-то странном, отстранённом ритме. Словно я был объектом, а не живым человеком. Меня поднимали и уносили прочь, в забвение и ужас, прочь от поля боя, куда-то в ту сторону, куда то не туда куда остальные ушли, туда, где, возможно, будет помощь!?
Меня несли на носилках. Четыре непонятных объекта, полностью покрытые какой-то грубой материей. Верхняя часть их тел была скрыта капюшонами, скрывающими лица и оставляющими только ощущение безликости и угрозы. Они двигались бесшумно, как призраки, их движения были скоординированными и плавными, словно машины, а не люди. Холодный металл носилок неприятно ощущался сквозь одежду, боль отдавала в каждом поврежденном участке тела. Я пытался сосредоточиться, понять, что происходит, но всё было расплывчато, как сквозь толщу воды. Только глухой стук шагов, которые не были слышны, а скорее ощущались, и мерный, ритмичный скрип носилок разрывал тишину. В воздухе висел запах чего-то металлического, смешанного с резким ароматом дезинфекции.
Впереди я слышал, как мы приближаемся к какому-то крупному объекту, судя по звуку работающих двигателей. Носилки плавно покатились вверх по наклонному помосту, и я начал немного паниковать. Подъем был медленным, но ощутимым, а неизвестность все сильнее давила. Достигнув вершины, мы остановились. Сбоку подошёл ещё один такой же матерчатый капюшон, точно такой же, как и те, что несли меня. Металлический голос, похожий на робота, доложил – Обнаружено три объекта, соответствующих заданным параметрам. Подошедший капюшон взял мою руку, и я почувствовал укол – быстрый и резкий. В тот же момент он произнёс – Подготовка к исследовательской процедуре всех трёх объектов. После этих слов меня окутала волна сонливости, тяжёлая и непреодолимая. Я погрузился в глубокий, безмятежный сон, не замечая больше ничего вокруг.
Неизвестно, сколько я проспал и где находился всё это время, но проснулся я в мягкой, тёплой кровати, одетый в жёлтую пижаму. Рядом со мной спали ещё два человека, тоже в таких же жёлтых пижамах, и потихоньку начинали пробуждаться. Комната была небольшая: три кровати, круглый стол, три стула и уборная. Самое поразительное – стены комнаты, от пола до потолка, были полностью покрыты зеркалами. Отражения множили и искажали пространство, создавая бесконечный лабиринт из лиц и тел. Сначала я подумал, что это сон, что я всё ещё под воздействием того укола. Но ощущение мягкой простыни под щекой, реальность жёлтой пижамы на теле и тихое сопение моих соседей по палате убеждало в обратном. Мы переглянулись, обменявшись немыми вопросами. В воздухе висела напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим биением наших собственных сердец.
Болевых ощущений не было никаких, только в черепной коробке был неприятный зуд. Как будто я и не был ранен, и даже не участвовал в том бою. Чувствовал себя свежо и отдохнувшим. Мои соседи по комнате тоже проснулись. Некоторое время мы молчали, ошеломлённые внезапной переменой обстановки и собственной целостностью. Наконец, один из них, мужчина с короткими тёмными волосами, тихо пробормотал:
– Где… где мы?
Вторым соседом была девушка с длинными рыжими косами, она кивнула, её взгляд скользил по зеркальным стенам.
– Я… ничего не помню. После взрыва… темнота. А потом… вот это.
– Я тоже начал. Последнее, что я помню – это взрыв, крики… и потом… пустота. Как будто меня выключили, а потом включили снова, но уже здесь. В этой… зеркальной коробке.
Мужчина сидевший на кровате, потирал затылок.
– Но раны… у меня были серьёзные раны. А сейчас… ни царапины.
Девушка провела рукой по своей руке, изучая кожу.
– Это… странно. Очень странно. Как будто нас отремонтировали. Как сломанную игрушку.