– Ну, для начинающего человека в нашей системе – старт неплохой, – ответил Били, улыбаясь. – Так что всё впереди!
Но мне очень сильно хотелось узнать средний уровень жизни в этой системе. И как только мы вышли из здания Rolex-центра, я схватил первого проходящего мимо человека в строгом пиджаке и спросил:
– Сколько зарабатываешь?
Прохожий посмотрел на меня с таким выражением лица, словно я был заразен. Он промямлил что-то невнятное:
– Три мегабайта в 720 часов… с восьми часовыми перерывами на сон…
Пока я держал его за руку и пытался осознать услышанное, подошёл Били и резко одёрнул мою руку:
– Вы что делаете?! Так у нас нельзя! Что за грубость?!
Били выглядел расстроенным и немного напуганным. Он явно не ожидал от меня такой импульсивности. Он помог прохожему, который, к счастью, не выглядел сильно травмированным, и, немного успокоившись, объяснил:
– Берислав, ты должен понимать, что такие вопросы задавать нельзя. Это не принято в нашей системе. Люди здесь… они… чувствительны к подобным темам. Это личная информация, и никто её не разглашает. Понимаешь?
Он немного помолчал, глядя на меня с беспокойством.
– Тебе нужно лучше изучить правила, прежде чем начинать задавать такие вопросы. Мы можем попасть в неловкое положение из-за твоей… прямолинейности. Пойдём, пока мы еще можем идти. Мы направились в кафе "За обе щеки". Там меня ждал сюрприз, со слов Били. Забудь о том, что только что произошло говорил я сам себе.
Били, не дожидаясь моего ответа, повёл меня в сторону кафе, оставляя позади сбитого с толку прохожего и неприятный осадок от произошедшего. Теперь мне стало ещё более любопытно узнать, кто меня ждёт в кафе.
Мы шли к кафе «За обе щеки», молча. Били был немного напряжен, я же всё ещё обдумывал неловкую сцену с вопросом о зарплате. Улицы были чистыми и пустынными, высокие здания нависали над нами, словно каменные гиганты. Воздух был прохладным и свежим, но в нём ощущалась некая неестественная стерильность.
Кафе «За обе щеки» оказалось небольшим, уютным заведением, резко контрастировавшим с холодной строгостью Rolex-центра. Оно было расположено в небольшом переулке, затенённом зеленью. У входа нас ждал человек. Он стоял, опершись о стену. На нём был простой, немного поношенный костюм, но в его глазах светилось какое-то неуловимое величие. Его лицо было изборождено морщинами, волосы с прорезью седина, но всё его существо излучало спокойствие. Он был абсолютно не похож на всех, кого я видел в Rolex-центре. В нём не было холодной стерильности, только тепло и какая-то загадочная улыбка.
Били, остановившись рядом со мной, почтительно кивнул этому человеку. Что-то в его взгляде, в его невозмутимости, говорило о том, что я знаю его хорошо.
– Нико !? Это ты?! – вырвалось у меня с удивлением. Я и правда не ожидал увидеть здесь его.
– Если честно, я и сам не ожидал, тебя увидеть тут, Берислав, – ответил он с лёгкой улыбкой, в которой сквозила лёгкая ирония.
– Вот это да… Сколько же лет прошло… – невольно вырвалось у меня. В моей голове всё перемешалось. Этот человек, которого я считал умершим…
– 52560 часов, примерно так, – спокойно произнёс Нико.
Мне было не привычно высчитывать время в часах, и я немного задумался, пытаясь перевести это в привычные года. И тут же меня пронзила догадка:
– Но ты же умер… от голода.
– Кто тебе такое сказал? Ты о чём? – удивился Нико, его брови слегка нахмурились.
– Костя… Мы его встретили на Земле… – ответил я, вспоминая нашего старого друга и его рассказ.
– Ах, Костя… этот… этот… – Нико начал подбирать слова, немного замешкавшись. В этот момент заговорил Били:
– Ну что же, я вижу, вам есть о чём поговорить. Вы давно не виделись. Я умываю руки и прощаюсь с вами, Берислав, до завтрашнего утра.
Били вежливо кивнул мне, моргнул Нико и, оставив нас наедине, удалился. Мы с Нико вошли в уютное кафе, оставляя за спиной загадочного Били.
Мы сели за столик на двух персон, уютно устроившись в углу небольшого зала. Кафе действительно больше напоминало заведение для тех, кто хочет плотно поесть, чем место для светских бесед. Запах свежей выпечки смешивался с ароматом кофе, создавая уютную и немного домашнюю атмосферу.
– Как же я удивлен нашей встрече после стольких лет… Но я до сих пор не верю, что ты жив, после того как я сам выбрался из Оазиса… Встретил Костю, который сказал, что тебя нет…слова так и летели из меня
– Да-да, Костя… Эта сволочь… Он бросил меня подыхать… – вырвалось у Нико с горечью. Его лицо исказила гримаса, полная боли и негодования.
– Объясни, я не понимаю, что произошло, – попросил я, чувствуя, как нарастает напряжение.
Нико сделал глоток воды, прежде чем продолжить:
– Когда мы бежали из Оазиса… Мы провели в пути десять дней… Вода и еда были на исходе… На утро одиннадцатого дня я проснулся, а остатков моей еды и воды – нет. И Кости тоже нет. Он просто сбежал… с моими припасами…
Его голос дрогнул. Он выглядел изможденным, и я представил, какой ужас он испытал, оставшись один в безжизненной пустыне без еды и воды.