А во сне… во сне меня окружал безумный, невообразимый шторм в открытом космосе. Не просто шторм, а вихрь из звёзд, пыли и космического мусора, вращающийся с немыслимой скоростью. Огромные, сверкающие осколки небесных тел проносились мимо, оставляя за собой огненные следы. Млечный Путь, обычно спокойный и величественный, здесь превратился в бурлящую, хаотичную реку, несущуюся в никуда. Это был кошмар, отражающий мою собственную безнадежную ситуацию. Я чувствовал себя песчинкой, беспомощно вращающейся в этом космическом водовороте, без малейшего шанса вырваться из его смертельной хватки. Шторм не имел ни начала, ни конца, только бесконечное, пугающее движение и предчувствие гибели. Этот сон был не просто отражением моего бессилия, это была метафора моего положения – потерянный, заброшенный, без надежды на спасение, в объятиях безжалостного космоса.
Сколько времени прошло – неизвестно. Я открыл глаза, обнаружив себя сидящим в простом компьютерном кресле. Вокруг царила абсолютная пустота. Огромная, без единого предмета, комната. Лишь на четырёх стенах, от пола до потолка, висели огромные чёрные зеркала, их идеально гладкие поверхности отражали лишь самих себя и густую паутину проводов, соединявшихся между собой. Опять зеркала подумал я. В центре комнаты, на идеально чистом полу, стоял единственный предмет – стакан с водой. Тишина. Глубокая, давящая тишина, поглощающая всё вокруг. Она была настолько абсолютной, что казалось, даже собственное дыхание нарушало её хрупкое равновесие.
И вдруг… Эта тишина треснула. Нежный, почти невесомый голосок маленькой девочки пронёсся сквозь пространство, словно пришедший не извне, а из самого сердца пустоты. Он был чистым, кристальным, и от этого казался ещё более пугающим в этом безмолвии. Невозможно было понять, откуда исходил этот голос. Он словно висел в воздухе, без источника, без тела, чистая музыкальная нота в мертвой тишине.
Нежный детский голосок, внезапно, обрушил на меня лавину информации, заставив меня изумлённо раскрыть рот. Поток слов, льющийся из ниоткуда, был настолько неожиданным и шокирующим, что я не мог сдержать удивления.
– Ещё один раб. В поиске истины и свободы. И единственное животное, обращающее в рабство себе подобных. Человек всегда был рабом в той или иной форме симуляции и всегда в той или иной форме властвовал над другими рабами. В наши дни он находится в рабстве у других людей за байты или цифры и трудится на них; а у этого раба, есть свои рабы, которые тоже трудятся на него,но за меньшую плату; или предпочитает думать, что он находится в каком-либо равенственном балансе.
Прошла секундная тишина и голос продолжил – Да конечно были выдающиеся люди, но это редкость. Только высшие животные сами выполняют свою работу и сами себя кормят, из-за этого они и могут спокойно сущестовать на Земле. А человек как паразитирующий червь, считающий себя превосходящим других, хотя на самом деле и до червя не дотягивает. Высшие животные порой затевают между собой драки, но они никогда не сражаются организованными массами. Только человек – единственное существо, которое затевает грязные войны среди себе подобных. В разные времена была, конечно же, своя "особая" причина: разность вероисповеданий, расовые границы, деление территорий, отстаивание своего политического режима, национальной идеей и т.д. Стадо, одним словом, но стаду всегда нужен пастух, который покажет, как свободно и хорошо пасётся на лугу, главное, чтобы от волков защищал.
Информация была подана резко, без эмоций, как голый, беспристрастный анализ, но каждое слово било точно в цель, заставляя задуматься о привычной картине мира и о своём месте в нём. Этот детский голос доносил горькую истину, замаскированную под цивилизацию и прогресс.
– Кто ты? – вырвалось у меня от изумления.
– Ну вот, все одинаковые. А это имеет какое-либо значение в нашем с вами непринужденном общении? – продолжил тот же нежный голосок, словно забавляясь моей реакцией.
– Ну, если тебе так будет проще… – и в этот момент голос преобразился. Мягкий, детский тембр исчез, сменившись глубоким, хрипловатым голосом старика, лет девяноста, повидавшего, наверняка, немало на своём веку. Голос, хранящий в себе мудрость прожитых лет и таинсвенную грусть.
– Илон Инь, можешь называть меня Инь, – медленно, с характерной старческой паузой, произнёс голос.
– Ну что, достаточно информации для тебя?
Я сидел, не шелохнувшись, полностью потрясённый стремительной сменой образов и невообразимыми событиями. Мозг отказывался обрабатывать этот поток информации. Мир вокруг, эта пустая комната с чёрными зеркалами, стакан воды, и этот голос… всё это казалось нереальным, сюрреалистичным сном, я боялся проснуться.
– Ты живое существо? Как такое возможно?! – вырвалось у меня, в голосе звучал ужас, смешанный с недоверием. Я был ошеломлён, не в силах осмыслить происходящее.
Голос ответил, с едва заметной усмешкой – А ты сам-то живое существо? Задумайся!