– Мы не врем, – настаивал Сэм. – Пожалуйста, мамочка! Мы не врем!
– Все хорошо, солнышко.
– Как бы не так! – рявкнул муж. – Не вздумай их успокаивать.
– Я не трогал папин компьютер, – продолжал настаивать Сэм.
– Знаю, солнышко.
– Хватит его защищать! – распорядился Харрисон.
– Да не трогал он твой сраный компьютер! – заорала я. – И твою сраную почту он не удалял!
Дафни разинула рот от удивления.
– Мама сказала плохое слово!
– Тебе-то откуда знать?! – фыркнул Харрисон.
Я расправила плечи и посмотрела мужу в глаза.
– Это сделала я!
Никогда еще мне не было так приятно произносить короткую фразу из трех слов. «Катись к черту!» и рядом не стояла. Даже «Я тебя люблю» не дает того чувства удовлетворения, такого ощущения свободы, которое охватило меня в тот момент. Слова «Это сделала я» отразились от стен и наполнили дом.
Говорят, что исповедь облегчает душу. Это лишь отчасти правда. В моем случае она не только облегчила душу, но и подняла самоуважение, само ощущение собственной личности.
– Что?! – Лицо Харрисона из багрового сделалось мертвенно-бледным, а глаза распахнулись, словно он не верил ушам, начав осознавать последствия моих слов.
– Это я удалила твою сраную переписку, – повторила я, на этот раз громче. Отчасти для того, чтобы Харрисон точно меня расслышал, но в основном потому, что мне нравилось это говорить.
Я обернулась к Сэму и Дафни, которые стояли разинув рты и глядели на нас.
– Дети, почему бы вам немного не поиграть во дворе?
– А вы с папой снова будете обсуждать? – спросила Дафни.
– Да, золотце. Думаю, да.
– Идем, Дафни, – сказал Сэм и, схватив сестру за руку, быстро вывел ее через кухню во двор.
Я не сводила глаз с мужа, пока мы не услышали, как закрылась дверь.
– Ты удалила мою переписку, – пробормотал Харрисон, словно все еще не осознав смысл моих слов.
– Твою сраную переписку. Да, это сделала я.
– Не понимаю.
– Думаю, отлично понимаешь.
– Ты взломала мой компьютер?
– Ну, не то чтобы взломала. Он просто был в спящем режиме. Мне нужно было только его разбудить.
– Когда? Зачем?
– Прошлой ночью. После того, как мы вернулись в постель. Я почувствовала неладное, поэтому дождалась, пока ты уснешь, и вернулась в твой кабинет проверить.
– Ты не имела права.
– Да неужели? Опять будешь говорить, что я сама во всем виновата?
– Это ведь ты залезла в мою почту.
– Это ведь ты завел любовницу!
– Послушай, я не знаю, что ты себе придумала…
– Ха, тут и придумывать нечего. Я знаю, что я видела и что прочитала. «Дорогой Харрисон… Считаю дни до нашей встречи… Ты лучше всех!.. Прошлый вечер был просто великолепен… Очень приятно познакомиться с твоим другом Джоном…» И фотографии из вашей «волшебной» поездки в Уистлер. Поправь, если я ошибаюсь, но поездка состоялась сразу после смерти моей матери. Как неосмотрительно было с ее стороны едва не сорвать тебе планы своей смертью, – продолжала я, не в силах остановиться, даже если бы очень хотела. – Мне особенно понравилась та фотография, где вы с Рен завтракаете в постели. Твоя подружка отлично умеет делать селфи, выбирать нужные ракурсы. У меня так никогда не получается…
– Ладно-ладно, – скривился Харрисон. – Я тебя понял.
– Сколько это уже продолжается? – спросила я.
– Мне бы не хотелось углубляться.
– О, поверь, ты и так уже углубился по самые уши. Так сколько?
Он громко и протяжно выдохнул.
– С поездки в Принс-Эдвард-Каунти.
– И с тех пор ты спишь с Рен?
– Я пытался порвать с ней… Мы какое-то время не встречались…
Наверное, это было как раз в тот период, когда мы стали чаще и горячее заниматься любовью.
– Но она проявила такую настойчивость…
– Понятно. То есть это все Рен виновата.
– Я такого не говорил.
– Правда? Потому что прозвучало именно так.
– Зачем ты вечно все извращаешь? Может, если бы ты проявила немного больше понимания, была чуть менее критичной…
– Ага, то есть теперь виновата я?
– По-моему, ты должна взять на себя хотя бы часть ответственности.
– За твою интрижку? Вот уж вряд ли.
– Попробуй хотя бы на минутку встать на мое место. Ты зарабатываешь деньги, поэтому принимаешь решения. Ты зарабатываешь деньги, поэтому твоя карьера важнее моей. Ты зарабатываешь деньги, поэтому твой график важнее моего. А тем временем я готовлю еду, присматриваю за детьми…
– Ерунда. Я готовлю еду не реже тебя. И уделяю детям не меньше времени…
– Тебе не понять, каково это – часами сидеть и смотреть на пустой экран, – перебил муж. – Пытаться создать достойный текст, чтобы соответствовать чужим ожиданиям.
– Ну, ожиданиям Рен ты вполне соответствовал.
– С ней я снова чувствовал себя мужчиной, а не чертовой домохозяйкой! И да, признаюсь: мне нравилось для разнообразия чувствовать, что меня хотят и ценят. Разве это так уж плохо?
– Я всегда хотела тебя и ценила.
– Правда? Может, если бы ты тратила на меня хотя бы половину того времени, которое отводишь попыткам ублажить отца…
– Это все чушь собачья, ты и сам знаешь.
