Мы просто стояли и смотрели. Каждый раз, когда у неё чуть соскальзывала рука, сердца у нас с ужасом замирали. Наконец она долезла до верха. Видимо, там было более-менее плоское пространство (наверное, это и правда были не совсем скалы), или какой-то перевал, потому что она встала во весь рост и приложила руку к глазам, смотря на то, что находилось по ту сторону скал.
— Ну, что там? — крикнул всё тот же парень.
Девушка звонко рассмеялась, и смех её эхом разнёсся по ставшему вдруг необычно тихим острову.
— Залезай и посмотри сам, умник.
Парень в сердцах плюнул на песок.
— На самом деле здесь туман и ни черта не видно. Надо спускаться и смотреть, — крикнула она сверху.
— Подожди нас, — почему-то вырвалось у меня, и я крикнул ей уже громче: — Подожди нас!
— Ладно, жду! — отозвалась она. — Лезьте давайте, это не так уж и сложно!
И мы полезли. Это и правда оказалось не слишком сложно — как будто скалы и сами хотели, чтобы мы на них вскарабкались. А ещё они как будто не просто так здесь находились волею природы и рельефов, а словно предназначались для того, чтобы делить остров на две части. Теперь, когда мы все стояли наверху, это стало отчётливо видно. Та часть острова, на которой мы очнулись и по которой бродили, отлично просматривалась. Противоположная же часть была сокрыта от наших глаз непроницаемым туманом. Как будто мы оказались посреди двух разных миров. Это завораживало и пугало одновременно.
Скалы возвышались и над нами, но выше лезть мы бы не смогли — сейчас мы находились на одном из их уровней, с которого уже можно было спускаться на другую сторону. Мне не очень-то хотелось спускаться в неизвестность — кто знает, что скрывает этот странный туман? Может, там сплошь вода, и это ещё не худший вариант.
Ребята, подбадривая друг друга, начали спускаться. Я всё никак не мог заставить себя последовать за ними и начал чувствовать себя идиотом.
— Давай, спускайся! — ободряюще крикнул мне последний из них, а потом и его голова скрылась в тумане.
Делать было нечего — не ночевать же мне на скалах.
И когда я только собрался с силами и сделал шаг ближе к краю, я услышал какие-то шорохи слева. Учитывая, что все уже спускались, и кроме меня здесь никого не должно было быть, сердце у меня ушло в пятки. Потом я услышал чей-то шёпот, и отпрянул вправо. Ко мне приближались двое людей!
Я успел спрятаться за выступ, и они меня не заметили. Двое присели на корточки, настороженно всматриваясь вниз, в туман.
— Спускаются?
— Спускаются.
— Спасибо, Господи. Это наше спасение, — хрипло и низко сказал один из них.
Второй кивнул.
— Займёмся ими ночью, — добавил он.
— Непременно. Тем более, что как раз пора… Пора.
— Девять лет спокойной жизни, девять лет, Господи… Как я этого ждал…
— Они даже пикнуть не успеют.
Меня прошиб пот. Эти двое, в странной оборванной одежде, сидели прямо передо мной и планировали что-то против нас. Что-то… Но, чёрт побери, двое против всех нас — на что они надеются?!
— Даже если что-то пойдёт не так, мы всегда можем воспользоваться этим, — один из них вытащил из-за пояса старый револьвер.
— Да и острова они совсем не знают. Совсем…
Они хрипло рассмеялись.
Я застыл, понимая, что если выдам себя, стану первой жертвой этих убийц. И не последней… Надо было дождаться, пока они уйдут, а потом скорее спускаться и предупредить всех. Подумать только, если бы я не задержался, мы бы даже не догадывались о нависшей над нами опасности!
Наивно было полагать, что мы здесь одни…
Двое продолжали шептаться, сопровождая разговор жестами, — явно строили план захвата новоприбывших жертв. Господи, ушли бы поскорее… Я уставился в камень и постарался не думать ни о чём, но тут в голову снова полезла мысль, что я даже не знаю своего имени. Проклиная всё на свете, я периодически косился на тех двоих, которые словно приросли к месту.
А потом я чихнул.
Дальнейшее происходило с удивительной быстротой, словно бы нажали кнопку перемотки. Большую часть происходящего я осознавал плохо. Сердце неистово билось в груди, из горла вырывались какие-то хрипы.
Передать удивление тех двоих невозможно — они словно окаменели. В первые секунды — потом, конечно, набросились на меня, причём настолько беззвучно и слаженно, словно делали так уже не раз. В чём я перестал сомневаться, когда на моей шее сомкнулись крепкие пальцы одного, а в живот стал нещадно бить другой. Небо над моей головой начало окрашиваться в чёрный цвет, и я почти уплыл в темноту, но тут перед глазами снова замелькали разные картинки из моей жизни, и я понял, что не могу так поступить. Не могу бросить ребят. Не могу предать их и подставить под удар. Кем бы мы ни были, мы связаны, и предательство не про нас.
Я просто не мог позволить им пострадать от рук этих ублюдков.
