Дотянувшись до Бешеного и удачно схватив его за руку, он чуть изменил положение тел и налетел на каменный валун. В тот же момент вода вспенилась и вытолкнула их из своих недр, чтобы они смогли сделать два спасительных глотка. Именно тогда Антоний увидел, как с того места, откуда прыгали они, вниз устремились ещё три фигуры. Чертыхнувшись, он вновь ушёл под воду, крепко держа своего товарища — да, теперь они были товарищами, — надеясь, что магию на данном этапе их побега преследовавшие не применят.
Некоторое время его и Бешеного несло течением и Антоний не спешил сворачивать к берегу. Бешеный кряхтел и хрипел, то и дело сжимался, потом дёргался, и тогда Мусульиосу приходилось либо крепко его держать и получать от него тычки, либо отпускать. Что не радовало. Длительное время запечатанные силы рвали жилы и причиняли боль, а Антоний боролся со стихией и пытался удержать рядом своего будущего спутника, потому что рано было выходить на берег. Ограниченная магией территория для охоты была на самом деле велика. За её пределы могли выходить только охотники и смотрители. Бешеный без должной битвы не смог бы прорваться. Потому для их побега единственный путь был по воде. Ну или в воде.
Когда река чуть успокоилась и завернула влево, уходя подальше от зоны контроля, Антоний потянул Бешеного к суши. Удачное место. Здесь можно скрыться в густом лесу, но чем быстрее, тем лучше. Чтобы преследователи не нагнали.
Выбравшись на берег, Антоний сначала кинул Бешеного на поросший сочной травкой кусочек берега, а потом, чертыхнувшись, забросил его на закорки. Бешеный не мог двигаться, он то и дело отплёвывался от воды, тело сотрясали судороги, но Антоний крепился, шёл вперёд, продираясь через кусты, как медведь. Нужно было скорее скрыться в лесу!
До финиша ему было не суждено добежать, он это и сам понимал, но половину пути преодолел — в большей степени мешала мокрая одежда, стеснявшая движения. Убийцы настигли их в тот момент, когда Бешеный сипло попросил его поставить на землю. Антоний скинул «мешок» с плеч, не сильно беспокоясь о том, насколько мягко тот упадёт на твердь. Вынул меч из ножен и отвёл лезвие Чёрного в сторону, а потом выгнулся уходя от выпада второго. Некоторое время он отбивался, и деревья ему были спасением и нет, свисавшие лианы порой мешали, а иногда и помогали. Он отступал туда, куда ему надо было, уводя всех трёх убийц от продолжавшего лежать Бешеного.
Бой на мечах его вполне удовлетворял, несмотря на то, что против него было сразу трое. Однако, в любой момент они могли применить магию. Антонию, конечно, это было не на руку, и он понимал, что оставив хотя бы одному хотя бы маленький порез, заставит нарисовать руны всех троих. Что делать? Переворачиваться? Выходит что так. Но Антоний хотел сохранить силы оборотня. И всё же, не колдовать же ему! Сила у него была — опасная и жуткая. Но он не умел ею пользоваться, потому и не применял. И даже бабушка Мила не могла сказать, что за магия таилась у него внутри.
— Когда-то давно были охотники, — однажды проговорила она. — Они могли призывать демонов. Было это посредством дудочки. Они дудели в неё и призывали демонов и могли ими управлять. А ещё есть поверье, что от них пошли колдуны и ведьмачеи.
Тренировать колдовскую силу Антоний не торопился, особенно тут, в Византии, да ещё в храме, где колдовство считалось ересью, такой же, как обротничество и упырство, правда, когда церковникам надо было, они закрывали на ересь глаза. И всё же, для Антония не находилось должного учителя, а дядя Ибрагим раз попробовав, подумав немного, вдруг сказал: «Никогда не применяй своё колдовство. Иначе оно сожжёт тебя и тех, кто рядом с тобой».
— Мерзкий потомок русика, — вырвал его из задумчивости хриплый шёпот. Антоний понял, что отвлёкся.
— Да у тебя самого глаза синие, шакал, — пробасил он, отразив несколько ударов.
Шакал разозлился, отпрыгнул от Антония, пустив вперёд товарищей, которые вознамерились точными двумя ударами отрубить ему голову. От смертельных ударов Антоний ушёл, ловко нырнул за пузатое дерево, схватился за толстую ветку, забрался на неё. Воспользовавшись своим положением, ловко спрыгнул вниз, цепляясь за природный турник, пнул одного. Спрыгнул на землю и нырнул под витый корень. Там извернулся и пронзил одного из противников. Не смертельно, конечно. Приготовился уже к магии, выныривая из-под корня, дабы скрестить клинки с самым шипящим убийцей — уж больно сильно тот ненавидел его, — и в этот момент на Чёрного налетел Бешеный. Как ураган.
Он ударом ноги отпнул того прочь, выхватил из рук рядом стоявшего раненного шакала ятаган, и сразу же, в неясном движении, извернувшись, полоснул лезвием по горлу убийце, а потом ещё раз. И голова отделилась от тела. И сразу же кинулся на того, кого отпнул. Однако второго застать врасплох не получилось. Потому они и скрестили клинки. Через некоторое мгновение тот увернулся, а на его место встал третий.
