Мое сердце остановилось. Я… он выбрал меня…
Мои ноги побежали раньше, чем я все осознала. А когда я поняла, то побежала еще быстрее.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
МОЙ ДОМ, МОЕ СЕРДЦЕ
Я не знала, куда шла… но не могла оставаться тут. Сердце гнало меня вперед.
— Анлей! — голос матери звенел в моих ушах, но я не остановилась.
Как мог наместник Канг выбрать меня? Я не была той, на ком хотел бы жениться представитель власти… Мои манеры были плохими даже в лучшие мои дни. Он понимал, что я была той же простолюдинкой в грязи, на которую он смотрел ночью свысока?
Я заметила мост, резко повернула к нему. Я нырнула под изогнутое дерево. Поток реки сейчас был достаточно низким, чтобы оставалось пару дюймов земли, где можно было встать у основания моста.
Тяжело дыша, я прислонилась к нему спиной. Что же делать?
Все во мне было против брака с наместником. Он не только в отцы мне годился, но еще и явно смотрел свысока на меня и мой народ, так еще и меня видел как вещь, которую мог купить. То, как он заставил главу Су подозвать меня как собаку, показывало его характер.
Мысль о браке с ним вызывала тошноту. Я не могла провести остаток жизни под его крышей, развлекать его и рожать ему детей… От этого я скривилась.
Пару минут я стояла в тени моста, желая растаять там. Разум кипел, сердце колотилось. Я могла отказывать наместнику, сколько хотела, но выбирать не мне. А Су. Отца и деда не было, и других родственников-мужчин в деревне не было, так что глава считался патриархом нашей семьи — эту роль он играл для многих домов после нападения лигуи. Мы обеспечивали себя мамиными навыками шитья, безделушками Аншуи и моей ролью стража, но, когда этого было мало, Су помогал с тем, в чем мы нуждались. Его правом было выдать меня за того, кого он хотел, и я ничего не могла с этим поделать. От несправедливости кипела кровь.
Мысли кружились в голове. Если я не могла отказаться, может, я могла сбежать. Мне не требовалось много — оружие и сменная одежда. Я могла пропасть среди деревень и больше не увидеть Канга.
— Анлей! — мама смотрела на меня с моста с недовольством на морщинистом лице.
— Я не могу выйти за него, — я замотала головой. — Не могу.
Мама присоединилась ко мне в тени моста.
— Анлей…
— Так не честно! Почему я должна выходить за того, кого не знаю? Зачем вообще наместнику девушка из деревни?
— Глава Су настоял на союзе через брак. Он боялся, что без постоянной связи с Дайланом наместник нарушит слово и не обеспечит защиту, получив Речную жемчужину. Раз у него власть, его дела не всегда полны справедливости, — на лице мамы была печаль. — Я тоже не хотела для тебя такой судьбы. Я хотела, чтобы ты встретила хорошего парня, который вызывал бы твой смех, и ты сама в него влюбилась, а потом вышла за него, поняв, что не можешь без него жить… я хотела тебе такую же жизнь, какая была у меня с твоим отцом.
— Так не заставляй меня! Ты не можешь уговорить главу оставить меня в покое?
— Я понимаю, как тебе сложно, — ее голос был нежным. — Тебе нравилась свобода в Дайлане. Я всегда думала, что ты уже будешь замужем, но ты не проявляла интереса к роли жены, и я не давила, позволяла тебе быть собой. Все изменится, если ты будешь с наместником… от тебя просят жертву. В других обстоятельствах я бы не просила тебя принять его руку. Но не только твоя судьба на кону.
— Но… в Дайлане много свободных женщин! Одна из них явно хочет быть женой наместника! Мы можем убедить его, что я не подхожу… я… одеваюсь как мальчик и сражаюсь с лигуи! Мои руки в мозолях, а кожа слишком темная… Наместнику нужна такая жена?
Мама вздохнула.
— Глава Су предложил ему найти девушку, больше подходящую на роль леди. Но наместник Канг — гордый, и ты оскорбила его, убежав. Он потеряет лицо, если покажется, что ты можешь ему отказать. Даже наши попытки убедить его выбрать другую оскорбили его, ведь это ставит под сомнение его решение. Он сказал, что женится на девушке, которую выбрал, или уйдет.
— И заберет с собой армию, — мое сердце сжалось. — А Речная жемчужина? Он тогда и это бросит.
— Он — наместник, Анлей. Ты жила тут всю жизнь, так что тебе сложно понять, как важно сохранять лицо для человека его ранга. Ни один приз не стоит потери лица. Если будет известно, что он поддался желаниям деревенской девчонки, его не будут уважать его коллеги.
— Он позволит погибнуть всему Дайлану из-за своей гордости.
— Именно, — мама нежно коснулась моего плеча. — Вопрос: ты сделаешь так же?
Я сдвинула брови, боясь ее вопроса.
— Я рискую жизнью каждую ночь, чтобы защитить наш народ!
— Но твой отказ наместнику может обречь Дайлан на уязвимость.
Я опустила взгляд. Хоть я была рада сражаться с лигуи до смерти, они заберут больше жизней, чем только мою. Силы наместника могли обеспечить защиту в сто раз лучше, чем наша группа жителей: один такой механический дракон мог защитить Дайлан лучше всей стражи.
