— Да, — сказал Доменико, допив кофе и тщательно вытирая губы салфеткой, — мы любим друг друга.
И он положил свою волосатую лапу на тонкое запястье Ортенс.
В телеграмме дон Карло сообщал, что приедет на пять дней, но на самом деле он задержался более, чем на неделю. Я догадался, что он создает себе репутацию в области экзорцизма и тут, в пригороде Ниццы ему предстоит нелегкая работа в этой области. Сам епископ Ниццы затребовал его помощи, благодаря чему он получил недельный отпуск в Като в Париже. Не совсем в соответствии с правилами, но его светлость сказал, что он — лучший специалист Европы по борьбе с диаволом, в буквальном смысле слова. Для некоторых из этих церковников диавол был вовсе не метафорой, а вполне осязаемой сущностью, точнее целой хорошо организованной армией сущностей (отсюда и имя им — Легион, как Британский легион), с Сыном Утра в качестве генералиссимуса, командующего генералами Велиалом, Вельзевулом и Мефистофелем, а также множеством нижних чинов и рядовых, готовых ввязаться в драку с целью получения очередного чина. Я все это считал тогда чушью, но дон Карло, вооруженный Римским ритуалом, был готов идти в поход, чтобы, так сказать, устроить славную взбучку мелким бесам, расположившимся на постой в невинных телах. Он никогда не сомневался во внешней природе зла, именно это и делало его столь грозным. Человек есть творение Божие и, следовательно, совершенен. Диавол проник в Эдемский сад и научил человека злу, и продолжает его ему учить. Почему же тогда Бог не уничтожил диавола вместе со всеми его кознями? По причине свободы воли. Он и восстание ангелов допустил по той же причине. Божий дар никакими путями и способами не может быть отменен. Но давайте лучше послушаем самого дона Карло. Нелегкое дело экзорцизма, которое он делал изо дня в день (наверное, как мне представлялось, сняв пальто и засучив рукава), попало на страницы утренней газеты “Нис-Матен”. Жертвой трех мелких, но очень приставучих бесов по именам Шушу, Ранран и Пикмесье был восьмилетний мальчик, сын работника железной дороги; его отец и дал в бистро интервью газетному репортеру. Сам дон Карло верил, и небезосновательно, что пресса сама нуждается в хорошеньком экзорцизме, и с представителями ее говорить отказывался. Вместо этого он обращался ко всему миру, точнее, к той его части, которая была представлена посетителями церкви Всех Святых во время одиннадцатичасовой воскресной мессы. Он прочел там проповедь на очень хорошем французском языке с миланским акцентом, избрав в качестве темы проповеди стих девятый из пятой главы Евангелия от Марка, где говорилось: “И спросил его: как тебе имя? И он сказал в ответ: легион имя мне, потому что нас много.” Вот что он говорил:
— Всего пять месяцев прошло с тех пор, как мы дождались окончания мучительной изнурительной убийственной совершенно злодейской войны. Когда я употребляю слово “зло”, я вкладываю в него совсем иной смысл, чем политик или журналист. Ибо они используют его часто и общо, просто как синоним болезненного и нежелательного. Мы все слышали выражения типа “зло капитализма” или “зло домохозяев — владельцев трущоб”; мы дозволили этому слову обрести чисто светский смысл. Но слова mal, male, зло на самом деле означают абсолютную силу, которая будоражит мир почти с момента его создания и которая будет подавлена только в день Страшного суда. Эта сила, будучи абсолютной, не является продуктом человеческой деятельности. Ею монопольно владеют лишь духовные существа, великие и прекрасные слуги Всевышнего, которые однажды предводимые самым прекрасным из них по имени Светоносец отвергли царство Божие, замыслили восстание, отвергли службу и за это были низвергнуты с высот эмпирееев в темноту и пустоту. Они прекратили то, что могло бы стать вечным падением, ибо пространство бесконечно, создав своей волей обиталище себе, которое мы называем Адом, и заменили принцип вечного добра противоположным ему принципом вечного зла.
