- Нет. Никогда! – рявкнул Старк после нескольких секунд молчания. – Разбирайтесь сами с тем, что натворили. Я не намерен мараться участием в этом… бандитском произволе. И вы заставили меня серьёзно задуматься, достоин ли такой человек отдать дочь в жёны моему сыну.
Телефон грохнул о стол – а «принц Севера» так и вскинулся от возмущения:
- Отец! Разве я виноват в ваших распрях?! Ты действительно собрался вот так…
Эддард Старк, шумно выдохнув, опустил тяжёлую голову. Сжал потерянно замершие на столешнице руки в кулаки.
- Нет. Прости, Робб. Я погорячился… Этот приезжий нахал так нас подставил – а теперь ещё и осмеливается просить содействия! Экономической блокады Болтонов и людей «для облавы», ты только подумай: для облавы… Им вроде как удалось подбить вертолёт над Уипкриком, но там полно болтонских наёмников, а своих людей Хорнвуд положил при штурме виллы. Как только Русе и его выродок доберутся до Дредфорта, весь Север охватит война!
- А если не доберутся? – воскликнул Робб, подавшись вперёд. – Если не доберутся, войны не будет! Отец, давай поможем Хорнвуду! Закончим начатое, раз представился такой момент, избавим Север от Болтонов! Ты сам говорил, что при проверке счетов нашлись нарушения, – блокируй их. Пусть им не на что будет вести эту войну, оплачивать расходы, транспорт, наёмников! А войска, чтоб перехватить их по дороге… уж для такой-то цели у нас хватит людей!
Лорд Старк задержал на наследнике долгий взгляд – будто впервые его видел. И проговорил наконец:
- Я не думал до этого дня, что вырастил подлеца.
Робб стойко выдержал упрёк, распрямившись и сверкнув глазами:
- После того, что этот ублюдок сделал с моей любимой девушкой, – это не подлость, а единственное возможное решение! Если бы кто-то обидел и покалечил маму – ты тоже предпочёл бы спустить всё на тормозах?!
Хранитель Севера невольно глянул вправо от монитора, где стояли фотографии в рамках; отошёл к окну и замер, тяжело опёршись на подоконник. И, не оборачиваясь, глухо отозвался:
- Я заблокирую счета. Потому что при их проверке выявлены нарушения закона. Но люди Старков не будут участвовать в этой бесчестной травле: мы не должны опускаться до беспредела, даже если это касается Болтонов.
- Спасибо, отец! – Робб положил принесенные документы на стол – даже не пояснив, какую проделал работу, – и быстро покинул кабинет.
Он пружинисто шагал по коридорам Винтерфелла, почти переходя на бег, – дрожа от нетерпения, спешил в свою комнату, к компьютеру. Без проблем, люди Старков не примут участия в облаве. Зато возле устья Плачущей реки – где и расположен чёртов Уипкрик – базируются вольные наёмники, которые будут очень рады шансу расправиться с конкурентами раз и навсегда! Как и карманным деньгам анонимного заказчика, разумеется…
Посадка была действительно жёсткой.
Вертолёт встряхнуло мощным ударом о землю – мигнул свет, что-то треснуло, – он подскочил, снова рухнул и крупно затрясся, катясь на шасси по неровному полю. Рамси успел окинуть взглядом салон, почти выдохнуть с облегчением – когда окружающий мир вдруг пошатнулся и опрокинулся набок. Всё вокруг полетело на правую стену: люди, снаряжение, кувырком, покатом, утягивая его следом… Мелькнула мысль, что, держа так пса, можно сломать ему шею, – Рамси ослабил хватку, и тут же опрокинутый мир завертелся, будто в центрифуге.
Болтонский вертолёт, завалившийся на бок в гуще подлеска, тяжело ворочался вокруг собственных винтов, задрав левое шасси и бешено рубя лопастями кусты. Расшвыривая зелень и комья земли, разлетаясь кусками во все стороны – они продолжали вращаться, пока не изломались до коротких обрубков. Вспышка, треск – и поверженная машина, дрогнув, замерла. В траве возле винтов медленно разгорался огонь, да тревожно шумели под порывами ветра деревья.
После нескольких секунд тишины в недрах вертолёта раздалась первая сдавленная брань. Рамси осторожно пошевелился, пытаясь сообразить, где лежит: под его спиной хрустнули осколки стекла, ноги были чёрт-те как перекинуты через сломанное сиденье, а сверху навалилась, мешая дышать, целая гора – один Вонючка не мог столько весить. Где-то рядом, в мешанине хлама, тяжело ворочались и матерились телохранители.
- Милорд!.. – встревоженная физиономия живой игрушки, перепуганные глазищи – над самым лицом – скорее угадывались, чем были видны в полутьме. – Милорд, вы целы?
- Слезь с меня, – прохрипел Рамси; темнота ойкнула голосом Безумного Марка, и стало легче фунтов на двести.
Под затылком что-то осторожно шевельнулось: послушно отползая, Вонючка вытащил оттуда окровавленную руку – непонятно, как и когда успел сунуть её между головой хозяина и разбившимся окном.
- Ты живой там, ублюдок? – крикнул отец откуда-то сверху, где была теперь дверь. – Вон из вертолёта, пока не рвануло!
