- Может быть, дальше, где дорога поровнее?.. – пролепетал Гриш.
- Может быть, – легко согласился Рамси и снова оцепенел.
На заправке Гриш купил три разные пачки чипсов и сок в тетрапаке, чтоб уж точно не газированный («Газировку ненавидит, но ты шутки ради попробуй угостить! – подначивали «ублюдковы собаки». – Он на эту же бутылку тебя и насадит, да ещё протрясёт, чтоб газики пошли!»). Пока он ходил, Рамси пересел за руль, задумчиво перещёлкивал свет фар.
- Садись. И напоминай, в каком порядке всё делать, – распорядился он, подняв на телохранителя нечеловечески спокойный прозрачный взгляд.
Гриш так и не решился предложить еду.
«Скажи ему, что ты в бегах. Что бедствуешь. Что готов продать эксклюзивную информацию обо мне».
Рамси повторил инструкции несколько раз: Гриш, наверное, не выглядел способным воспринимать информацию после получаса езды на пассажирском месте и аварийной парковки. От него не требовалось много. Всего-то выманить Алистера Фрея в ближайшую закусочную («Нашёл ваш телефон в записях покойного шефа»), а затем, под любым предлогом, – на улицу.
Журналист пришёл первым и уже поджидал Гриша за столиком – суетливый человечек с редкими немытыми волосами, едва прикрывавшими раннюю залысину, – так похожий на крысу, почуявшую пищу. Гриш не знал, куда деться под проницательным взглядом: Алистер Фрей, казалось, видел его насквозь, всё его враньё и их с шефом наивную легенду. Но всё равно с обречённой храбростью (в конце концов, не страшней же это, чем застрелить человека в упор) Гриш повторил всё, что поручил ему Рамси. «Я знаю кое-что поважнее, малыш, – редкозубо улыбнулся журналист в ответ. – Твой босс инсценировал свою смерть и теперь наверняка собирается побороться за власть – так чью же мы примем сторону?» – «Здесь нельзя говорить, давайте выйдем…» – пролепетал, холодея, Гриш.
Алистер Фрей был хитёр – так говорил шеф, – но на этот раз просчитался. Не смог, должно быть, поверить, что чудом выживший новый лорд Болтон доверится жалкому салаге, имея в запасе весь Второй Отряд… Выжившую часть Второго Отряда, по крайней мере. Но Гриш, видно, был тем и полезен: его простодушная деревенская физиономия ни у кого не вызывала подозрений…
Когда этот несчастный повис на закреплённых к стене фургончика цепях – рыдающий от боли, с простреленной ногой, – Гриш наконец увидел шефа снова живым. Увлечённый блеск в глазах, порывистость движений и даже улыбка, хоть скорей и оскал, – Рамси Болтон почти стал прежним. Даже тихо мурлыкнул, раскладывая инструменты. Они отогнали фургончик в самую дальнюю чащобу, куда только можно было проехать, за бурелом.
- В тёмных лесах, мрачных лесах творятся страшные злые вещи, – напевал Рамси без ритма и рифмы, будто перевод с другого языка, – здесь никто не услышит, как ты кричишь…
- Пока мы не наделали ошибок, мистер Болтон… Простите, лорд Болтон, конечно же… – задребезжал Фрей, залебезил, ёрзая в цепях. – Давайте замнём это недоразумение и притворимся, будто ничего не было! За мной стоят очень важные люди, с которыми не следовало бы ссориться! Они уже едут сюда!
- В бардачке должна быть ручка и пачка накладных, – невозмутимо обратился Рамси к Гришу. – Принеси. Он будет отвечать на мои вопросы, а ты – записывать. Не люблю, знаешь, отвлекаться. И пачкать всё подряд кровью.
- Не надо… Нет! – торопливо выкрикнул Фрей. – Я ведь могу быть полезен. Я… знаете, я ведь на высшем уровне могу представить в прессе ваше возвращение в мир живых, ваше законное наследование фирмы… – Фрей ещё продолжал лепетать, запинаясь от ужаса, пока Рамси срезал с него одежду; и, взвизгнув от первого разреза вдоль грудины, заорал: – Ты хоть понимаешь, молокосос, во что вляпался?! Тебе конец!!!
- Не хорохорься, кусок мяса. Раздражает, будешь умирать дольше. Ты хоть понима-аешь, – Рамси приблизился почти вплотную, иронично улыбаясь, – что терять-то мне и нечего?
Гриш записывал. Торопливо, старательно, каждое слово. Полузасохший стержень царапал гербовую бумагу, ручка тряслась в пальцах; на продуктовых накладных для казарменной столовой появлялись имена, места, даты и одна за одной – чужие тайны, то страшные, то постыдные. О наследнике лорда Элиота, убитом во время рейда Второго Отряда. О слабоумном ребёнке, которого Элиот тайно навещает раз в неделю в детдоме. Об облаве на Болтонов, о тайных связях лорда Хорнвуда, о том, что за товар везут на Север через Закатное Море…
Гриш сам не заметил, как отпятился к противоположной стене, вжался в неё – только бы оказаться подальше. Он никогда не слышал, чтобы люди так кричали – настолько страшно и долго. Даже тогда, во время первой увиденной казни, которая и определила его судьбу. Срезанные куски кожи – или что это могло быть?! – бесформенными комками влажно шлёпались на пол – Гриш не смотрел, но дёргался от каждого всплеска.
- Я сказал всё! Всё, что знаю! Хватит, пожалуйста, хватит!!!
