На лице Селми появилось недоумение, улыбка Ансена поблекла, он сделал полшага назад – и молниеносный захват настиг его на полсекунды раньше, чем друга, почти успевшего обернуться. Борьбы не было: миг – и плеснула кровь из перерезанных глоток. Охранники разжали руки почти одновременно, равнодушно – худые мальчишечьи тела, как сломанные манекены, повалились на мощёную дорожку. Последним, что увидел Вонючка, была небольшая рука Селми, царапающая в предсмертной судороге камень.
Болтонский пёс зажал приоткрытый рот ладонью, так что в неё до боли, до крови вдавились острия зубов; словно пьяный, сделал несколько неуверенных шагов назад и рухнул на пол. Из глотки вытолкнулся приглушенный скулёж, полный ужаса и вины. «Нет! Нет! Нет! – повторял Вонючка шёпотом, словно сумасшедший, уставившись в одну точку и с силой раскачиваясь взад-вперёд. – Это всё неправда! Не здесь! Не из-за меня! Это просто бред, это просто показалось…»
Он заставил себя подняться – тяжело, пошатнувшись; ступая осторожно, как по битому стеклу, боясь разрушить глупую иллюзию отрицания, приблизился к окну. Болтонских молодцев во дворе не было – будто они действительно только померещились Вонючке. А вот Селми и Ансен – были. Их изломанные тела казались ненастоящими, мёртвые взгляды в небо – кукольными, только болезненно яркая багряная лужа – одна на двоих – била в глаза реальностью происходящего.
«Надо убирать!» – «Что за безмозглое пацанье пошло? – послышались невдалеке голоса охранников. – Не знали, что к Болтонам ломятся?»
Полминуты Вонючка молча смотрел во двор пустым, немигающим взглядом, а затем закрыл окно, приглушая шум на улице. Хозяин всё так же спал. Кажется, даже не переменил позы, и лицо осталось таким же умиротворённым и спокойным, только между бровями появилась тревожная морщинка. Вонючка вернулся к кровати и тихо, покорно сел рядом на пол: он должен был дождаться пробуждения господина Рамси.
Русе Болтон откинулся на кресле перед погасшим экраном, устало потирая глаза и виски. Бред какой-то собачий… невозможный бред! Он был абсолютно уверен в провале, когда сын предложил эту сумасбродную идею. Что мог понимать сопливый мальчонка? Даже идеально запуганный раб, неспособный решиться на побег, поддастся старым друзьям, которые придут его освободить! А уж если он запуган недостаточно, да ещё и снабжён оружием благодаря идиотизму своего мучителя… Но такого поворота лорд Болтон точно не ожидал.
За навалившимися в последний месяц делами он совсем упустил из виду негодного отпрыска – а зря, тот времени не терял: перетащил недобитого раба со всем собачьим барахлом к себе в комнату, окончательно превратив её в свинарник. Но даже эта выходка блекла по сравнению с той, последствия которой Русе заметил буквально на днях. Он просто проходил мимо обедающего сына (мерзкое зрелище: забрался, как всегда, на сиденье с ногами, локти водрузил на стол) и бросил взгляд вниз. Полудохлый, давно уже беззубый Вонючка, сидя на полу, сосредоточенно обгрызал куриную кость.
«Это ещё что?»
Рамси даже не понял суть вопроса; пришлось подозвать его ручную крысу и приказать открыть рот. И охренеть от увиденного, иначе не скажешь. Импланты, шестнадцать штук, по форме – точь-в-точь собачьи. Острые, будто ножи. «Это я ему новые зубы поставил», – пояснил ублюдок, жуя кусок пиццы (свою отварную курицу, рис и салат выбросил Вонючке в миску). – «Ты вконец свихнулся?! Через десять минут чтобы был в моем кабинете!»
«На ковре» Рамси держался таким же тупым отморозком, что и всегда. В ответ на отцовское удивление – удивился сам: «А что такого, ты же говорил, что это моя собака!»; на вопрос, откуда деньги на такую придурь, беззаботно заявил, что добыл сам без ущерба болтонским счетам. И даже напоминание о том, что в его комнате, в отличие от подвала, есть окна, через которые можно удрать, не произвело никакого впечатления.
«Вонючка мне верен, – заявил мальчишка, ни секунды не сомневаясь. – Он никогда не предаст меня».
Русе поморщился досадливо, почти с отвращением: его сын мог быть настолько глупым! «Это называется не верность, а страх, безмозглый ты ублюдок. Когда спишь, ты не страшный. А с перегрызенной глоткой – тем более».
Рамси сложил руки на груди и насмешливо ухмыльнулся: «Давай проверим! Устроим ему испытание на преданность».
Этот щенок был слишком самоуверен и слишком наивен, чтобы Русе мог отказаться от возможности его проучить. На том и сошлись: если рабу не позволяет сбежать только трусость и безволие, чужому напору он точно поддастся.
Найти через детдомовские базы данных бывших друзей Вонючки оказалось несложным делом, вытащить их на волю – и вовсе минутным. Один из болтонских агентов наплёл мальчишкам, будто кто-то из семьи Теона вышел на связь и обещает им золотые горы за то, что они проникнут в Дредфорт и уведут оттуда пленника; вручил задаток и план здания с пометками. Рамси должен был оставить окно открытым и притвориться спящим, спрятав нож под подушку так, чтоб в любой момент можно было его выхватить.
