«Зачем?» – озадаченно моргнул юный Болтон: тема работы над собой, в отличие от собак и подчинения, его интересовала примерно на одном уровне с музыкальными мелодрамами.
«Затем, что у нас скоро свадьба!»
«О, я помню… дорогая», – ответил Рамси со сладкой мечтательной улыбочкой, при виде которой Донелла осеклась, будто наткнувшись на мягкую перину вместо боксёрской груши.
А он всего-то представлял себе, в каких выражениях отец озвучит Хорнвудам свой отказ: Алистер Фрей уже вернулся из Королевской Гавани с материалами для статьи; несколько дней, и папаша Донеллы – банкрот.
«Любящие люди должны принимать друг друга как есть, но должны и подстраиваться, делаться лучше ради любимого человека, – объяснила юная мисс Хорнвуд уже чуть мягче. – Вот я и пытаюсь до тебя донести, что неравноправные отношения, которые ты считаешь единственно верными, – это вообще неприемлемо между людьми! Такие отношения ничего не стоят и любви в них нет. – Донелла нервно завела локон за ухо. – Никакое покровительство не стоит того, чтобы терять себя».
«Раз уж ты так ратуешь за жертв, – Рамси хитро усмехнулся, – не считаешь ли, что им самим виднее, что чего стоит? Если научить жертву радоваться не только каждой милости, но и вообще всему, что исходит от хозяина, она будет счастлива. И плевать, что её счастье – ненормальное по меркам обычных людей. Ведь подавляющее число “обычных людей” – попросту идиоты, прислушиваться к которым – себя не уважать».
Рамси завершил свою речь миленькой улыбкой, пожав плечами; Донелла не проронила в ответ ни звука – дальше они так и шагали молча под тихую перебранку телохранителей сзади. Обладая хорошим слухом, их шеф успел просветиться на тему новой «шкурки» Волчьего Хера, которую тот подцепил, как всегда, своим безмерным обаянием и крутой болтонской униформой; Кирус призывал сослуживца представить, как во время его похождений кто-то и его жену натягивает, а Волчий Хер, привычный ко всеобщему неодобрению своей полигамности, вяло отбрехивался. Кирус, не успокаиваясь, грозил физической расправой в случае заноса «заразы в хату».
Наконец Донелла нарушила молчание – холодновато, но с оттенком тихой грусти: «Это нормально, что у нас разные взгляды на жизнь. Я надеюсь, что однажды мы всё же сможем прийти к общему мнению… – Рамси подавил тоскливый вздох: ну вот опять началось, телохранители трепались куда интереснее. – А сейчас мне не хотелось бы с тобой ссориться и портить вечер. Проводишь меня до машины?..»
Вот это поворот! Кто бы мог подумать, что спасение окажется таким простым – всего-то быть собой?
«Ты такая терпеливая и мудрая», – галантно улыбнулся паренёк, пряча торжество за вежливым восхищением, даже руку своей спутнице подал: последние несколько минут можно и потерпеть. Пора было бы, кстати, призадуматься, о чём распрягать на предстоящем свидании, если таковое ещё будет…
Но следующая их встреча произошла совсем не там и не так, как Рамси ожидал.
Замерев, погрузившись в мысли, – Болтон-младший краем глаза уловил робкое шевеление: это Вонючка выбрался из угла и тускло отразился в оконном стекле за плечом хозяина. Они смотрели на море – свинцово-сизая громада ворочалась и вздыхала за рваным частоколом перелеска. Если бы не пейзаж за окном, эту комнату было бы не отличить от тех, что в Дредфорте: создавая что родовой замок, что приморскую виллу, удостоенную визита владельцев этим утром, Болтоны ставили первостепенной задачей надёжность, а не оригинальность.
До выхода оставалось пять минут – ещё раз повторить речь и надеть церемониальный плащ.
- Ты любишь море, Вонючка?
- Да, мой лорд, – склонилось отражение, показав обкорнанную русую макушку.
- Зря, – отрезал Рамси. – Иллюзия свободы.
На фоне светлых плит двора под окном чужеродно и тревожно чернели фигуры болтонских молодцев: охрана у ворот, охрана у входа в здание – и три горстки Рамсиных головорезов.
Бойцы Второго Отряда были собраны и серьёзны: не трепались, не гоготали, не пялились с тоской в сторону пляжа. Вооружённые до зубов, сдержанно-опасные в каждом своём движении – наизготовку, как сжатые пружины… Кирус, Круш и Ноздря – ближе к террасе, «пасут» охрану. У криво припаркованного джипа, спинами к нему, – Волчий Хер и Кога; за рулём, открыв дверцу, курит матёрый водитель Медведь, самый быстрый и жёсткий из болтонской «кавалерии». Безумный Марк, Парус и Мошня – ближе к воротам.
Один только сигнал – и первые трое положат охрану у дверей, вторые не пустят к джипу никого, кроме шефа, а третьи очистят путь отступления. Иллюзия свободы.
А на декоративных башенках по бокам от ворот и дальше, по углам ограды, – замерли чёрные фигуры с автоматами. Эти парни уже наверняка получили инструкции от лорда Болтона. На всякий случай. Как будто, несмотря ни на что, его ублюдок действительно мог решиться…
«Пожалуй, раньше ты имел возможность убраться с глаз моих долой вместе со своей крысой».
