Симфония для смертельного трона полностью

Долион взглянул на кольцо, но ничего не сказал. Зимри отчаянно пытался понять, о чем думает его опекун теперь, когда открылась причина его прихода сюда. Но, словно спрятав свои эмоции за толстой стеной, Долион ничем не выдал себя, его лицо оставалось бесстрастным. В этот момент он выглядел как строгий отец, невозмутимый король и оценивающий подопечного наставник.

«Он испытывает только тех, кого считает достойными, – сказала ему однажды Арабесса. – А ты, Зимри, безусловно, достоин».

Это был его шанс доказать, насколько.

– Есть нечто очень важное, о чем я хотел бы спросить вас, сэр, – снова начал Зимри. – И это касается девушки, которая очень важна для нас обоих.

Уже третий раз меньше чем за неделю Арабесса испытала шок. Ее сестры на удивление спокойно восприняли новость о том, что их мать была Королем Воров.

На самом деле, они не выглядели оскорбленными или раздраженными, пока сидели напротив нее и пили чай на террасе дома их семьи в Джабари. Неужели Арабесса была более эмоциональной, чем Ния?

Арабесса нахмурилась, ей совсем не понравилась эта мысль.

– Я думала, вы обе засыплете меня вопросами, – призналась она.

– Есть ли что-то такое, о чем мы еще не спросили? – уточнила Ларкира, ставя свою чашку обратно на блюдце. Этим утром она была без перчаток, и ее наполовину отсутствующий безымянный палец был выставлен напоказ. Она лишилась его в результате неудачной кражи.

– Уверена, что есть, – нахмурившись, ответила Арабесса. – Но не стану тратить время на выяснение, если вас двоих это не волнует.

– Почему это не волнует? – вставила Ния, кусая пирожное с клубникой. – Но ты в деталях рассказала нам о том, что знаешь и чего нет. И мы, безусловно, ценим это.

Это, конечно, было правдой. Арабесса удостоверилась, что поделилась всем, касающимся мамы, до того, как они с сестрами принесут Тайный обет.

Теперь, зная еще более важную тайну, Арабесса крайне отчаянно пыталась избавиться от этой. Хотя она не почувствовала того облегчения, на которое рассчитывала.

Возможно, знание о том, что скоро ее жизнь может оборваться, и понимание, что к концу Затмения звезд из-за нее Мусаи прекратят свое существование, вызывали некоторый дополнительный стресс.

При этих мыслях ее снова охватило чувство вины и беспокойства.

– Честно говоря, – начала Ния, наклоняясь вперед, чтобы взять еще одно пирожное с небольшого столика перед ними, – я бы даже поспорила на такой вариант. Если судить по историям, которые Ачак рассказывали нам о маме, ничего удивительного, что она была Королем Воров.

– Умная, красивая, а еще и одна из самых могущественных колдуний в Адилоре, – перечислила Ларкира. – Не говоря уже о том, как отец говорил, что именно она показала ему Королевство Воров.

– Верно, – согласилась Арабесса, немного разочарованная тем, что не додумалась до этого так же быстро, как ее сестры. – Но мне все равно бы хотелось узнать о роли Джоанны раньше.

– Согласна, – сказала Ларкира, разглаживая складки на своих синих юбках. – Но разве мы когда-нибудь узнавали что-нибудь у отца тогда, когда нам хотелось?

Ния фыркнула в знак согласия.

– Он правда любит сообщать важные детали в самый последний момент.

«Да, например, что меня пригласят бороться за трон, который он решил покинуть». – Арабесса сжала губы, когда клятва молчания на ее руке начала гореть огнем. Предупреждение.

«Я не собиралась говорить об этом вслух!» Она попыталась урезонить проклятое заклинание, хотя ее сестры имели полное право знать об отце и судьбе Мусаи.

Конечно, Арабесса могла поведать им, что трио распадается, но не смогла бы объяснить причину. Именно это и мучило ее сильнее всего. Причина и реакция на все.

– А вот что мне интересно, – продолжала Ния, пока проникающий через окна свет подсвечивал ее рыжие волосы, – так это сколько было Королей Воров?

– Разве это важно? – ответила Ларкира. – Очевидно, много.

– Правда, – размышляла Ния. – Интересно, когда они поменяются…

– Ларк, ты останешься в королевстве после нашего сегодняшнего выступления? – резко сменила тему Арабесса. Ей не нравилось, куда зашел разговор, как и ее клятва молчания, поскольку вырезанная на руке подпись жалила. «Осторожно», – будто шептала она.

– Нет. – Младшая сестра повернулась и подмигнула ей, светлые волосы рассыпались по плечам. – Не планировала. Одна из наших служанок недавно родила ребенка, и мы с Дариусом планировали навестить их.

– Разве не эта служанка в прошлом году родила девочку? – спросила Ния, стряхивая с рукава крошки.

– То была Ребекка, – улыбнувшись, ответила Ларкира. – У нее очаровательная маленькая девочка. Ее волосы даже рыжее твоих, Ния.

– Ни у кого не может быть более рыжих волос, чем у меня.

– А у нее есть, – возразила Ларкира.