Последнее слово до сих пор било ее по сердцу. Она продолжала писать точки и тире, лишь фоном вникая в разговор.
Минут десять спустя у Розы получилось вывести на земле полноценный перевод. Он вышел смазанно и малопонятно, но главное – она его закончила.
Роджер и Матис уткнулись взглядом в длинную надпись:
Дай еды полосатому зверю
Дай другим настоящую веру
– Весьма, – вытащил из себя Роджер скромный вердикт. – Неужели здесь есть еще одно существо, только полосатое?
– Так тот монстр таким и был! Я точно помню, – Матис обрадовался своему крохотному вкладу.
– Он прав. На том, кого мы видели, были полоски, – Роза всматривалась в свой размазанный почерк, пытаясь извлечь ответ из кривых букв. – Наверное, существо и есть нужный нам зверь. Иначе он бы не появился без причины.
– То есть мы должны его накормить? – выдавил Матис, боясь ошибиться с версией. Слова давались с трудом, так как поток его мыслей отставал от остальных. Что за вера, еда, зверь и другие? Он понял лишь, что придется что-то давать кому-то, и, по всей видимости, не очень дружелюбному. Это не внушало оптимизма.
– Предполагаю, что под едой подразумевается кое-что другое, – многозначительно ответила Роза. Матис в панике пытался понять ее рассуждения, но смысл слов ускользал от него.
– Думаю, они имеют в виду, что едой станет… кто-то из нас, – Роджер продолжил мысль Розы.
Они давно все поняли. Это читалось по их взрослым глазам и фразам. Матис даже не обратил внимания на сказанное. Его больше взбесило, что сам он дошел бы до разгадки только очень длинными тропами. Неприятно быть самым тупым из присутствующих.
– Только не надо расстраиваться, что ты сам не догадался, – Роза словно залезла в его разум, умудрившись найти там причину недовольной гримасы. – Я это поняла, потому что за моей спиной много друзей, которым пришлось стать едой для более страшных зверей – людей.
Матис все еще видел на ее лице надоедливую жалость, но теперь к ней присоединилась и печаль. Роза искренне не считала его глупым, может, наоборот, даже завидовала: его помыслы не были тронуты грязными руками смерти. Хоть он и мертв. Удивительно.
Остаток времени троица обсуждала вторую часть фразы, предоставив Матису шанс делать собственные предположения. В конце концов, все пришли к выводу, что им надо дать некую еду – точнее, жертву, но никто не произносил это вслух, – и таким образом подарить двум другим людям веру в спасение. Странная расшифровка фразы. Возможно, ее глубинный смысл им так и не открылся, но уже темнело, а ночь шла рука об руку с холодом, так что они начали думать об огне для своей спасительной пещеры.
Пока мужчины, большой и маленький, собирали сухую кору, щепки и хворост, Роза сидела внутри их убежища. Она аккуратно складывала горкой найденные ветки, чтобы развести огонь. Однажды друг учил ее разжигать костер, когда они сидели в лесу, на хрупкое мгновенье спрятанные от вражеских выстрелов. Она пыталась смотреть исключительно на его руки, но никак не могла оторвать взгляда от завораживающей картины: искры от тускло разгорающегося огня отражались в зрачках ее товарища. Он был всецело поглощен костром, но Роза знала, что в любую секунду он схватит лежащую рядом винтовку, чтобы защитить друзей, себя, Родину. Роза старалась вытащить из глубин памяти порядок разжигания огня.
Она взяла в руки самую плоскую деревяшку из найденных и поставила на нее вертикально тонкую, но крепкую веточку. После долго терла ее между ладоней, прокручивая вокруг оси. Вскоре в кисти появилась легкая судорога, но старания были не напрасны – в точке, соединяющей два куска дерева, появились искры. Роза ускорила темп и спустя пару минут начала осторожно подкладывать хворост к огоньку. Он робко выглядывал из-под сухих веток, становясь все больше и больше. Роза подумала о том, что сейчас в ее зрачках также видно отражение этого завораживающего костра. Пламя играло в своем танце, незаметно меняя цвет и форму. Роза вспомнила себя молодой: прямая спина и кулаки, всегда готовые к драке, звонкий смех и горькие, царапающие изнутри слезы. Но это было тогда, а здесь Роза пуста, словно выпотрошенная и никому не нужная банка. Она прожила свое и теперь стоит в самом дальнем углу кухонной полки. Даже не так. Банка разбилась, заставляя раздраженную владелицу подметать только что помытый пол. Вот ее судьба – осколки старой банки, выброшенной в мусорку.
Матис прибежал первым и сразу уселся греться у готового костра. Роза пригляделась. В его глазах не было отражения огня, как у ее старого друга. Мальчик двигался быстро и хаотично, постоянно меняя позу, невозможно было поймать хоть что-то таинственное в неспокойных зрачках. Роджер подошел чуть позже и тоже протянул к огню трясущиеся от холода руки. Роза смотрела на двух людей, которые сейчас думали лишь о тепле. Отчего-то ей вдруг стало душно в укрытии, и она решила выйти наружу, чтобы глотнуть свежего воздуха. Джунгли покрывала таинственная дымка, что вместе с темнотой прятала все следы недавней погони. Роза запрокинула голову – вместо луны сияли часы.