Матис ерзал на месте, дожидаясь ответа Роджера. Но тот ушел в свои мысли, размышляя о замечательном исходе для него и пацана при условии гибели Розы. Но что-то было не так. В голове возникла картинка растерзанного пополам тела бедной женщины. Она кричала от боли и выдыхала последние слова. Гребаная жалость.
– Роза! – как можно тише прошелестел Роджер. Он старался потушить ту часть себя, что кричала о выживании, концентрируясь на человечности.
Матис замахал руками, надеясь, что Роза его заметит. Та насторожилась, услышав свое имя, и начала медленно обводить взглядом окружающую местность. Но, заметив в каменном укрытии людей, она выпрямилась, на ее лице появилось что-то похожее на улыбку. Роджер увидел благодарность в выцветших глазах и понял: решение было правильным. Забравшись внутрь скалистого укрытия, Роза посмотрела на сидящих там Роджера и Матиса. Тишина оглушала.
– Прозвучит глупо, сразу предупреждаю, – Роджер на мгновенье задумался, когда остальные повернулись к нему с серьезными лицами. – Кажется, у него во рту ключи с брелком в виде бургера.
Снова тишина. Роза даже немного нахмурилась от услышанной ахинеи. Прошла пара секунд, и все трое начали истерически смеяться. Каждый смеялся по-разному: кто сдавленно, кто слишком громко, но нотка паники была у каждого. Они не понимали, что тут такого веселого, а потому походили на обитателей психбольницы.
– Я тоже видел у него что-то во рту, – продолжил Матис, все еще хихикая от глупости и странности озвученного. – Не знаю, бургер это или нет, но внутри точно что-то блестело.
– Значит, мне не показалось, – произнес Роджер, смущенной улыбкой выдавая облегчение.
– И у меня есть новость, – заявила Роза и выглянула наружу, чтобы проверить, нет ли поблизости того страшного существа. – Нам нужно выйти, чтобы я показала вам кое-что. Думаю, это подсказка.
В глазах Роджера и Матиса вспыхнуло любопытство, но страх перед тем, кто шастал у подножия скалы, был сильнее. Зачем рисковать ради чего-то непонятного?
– Может, принесете это сюда, и мы посмотрим на подсказку в безопасности? – предложил Роджер, уже зная ответ.
– Если бы так можно было сделать, я бы так и сделала, – Роза смотрела на него с раздражением. – Это важно.
Она вышла из укрытия и направилась в сторону деревьев. Часы на потолке продолжали отсчитывать оставшееся время, поторапливая с поиском выхода. Матис в силу детского любопытства не смог пересилить желание узнать, что же такое интересное скрывала Роза. Он вылез наружу, постоянно оглядываясь по сторонам. В его глазах призрачно плескался страх вперемешку с воодушевлением. Ведь если старушка и вправду нашла подсказку, то у них появился шанс.
– Итак, – начала Роза, как только Матис настиг ее, уже сидящую на каком-то мшистом бревне. В руках у нее была ветка, которая прежде играла роль трости, а теперь использовалась как громоздкий карандаш. – Слушай внимательно происходящее вокруг.
Матис очень старался услышать что-то важное. Его бьющееся сердце, пение птиц, дыхание Розы, шелест листьев от легкого ветра, который непонятно откуда взялся. Он никак не мог понять, что именно надо найти среди этой кучи звуков.
– Птицы, – Роджер появился из ниоткуда, садясь возле них на землю.
– Правильно, пение птиц. То, что мы слышали с самого старта испытания, – Роза была довольна, что все-таки вытащила Роджера. – Ты слышишь этих птиц, Матис?
– Конечно, – ответил тот, кивнув.
– Их пение искусственное и уже который раз повторяется по кругу. Одна и та же мелодия.
Роза замолчала, показывая вверх пальцем. Запись птичьих трелей остановилась и через секунду включилась заново. Матис снова кивнул – он услышал то, что следовало.
– Когда вы убежали в лес, забрав с собой монстра, я четко уловила каждую паузу в этом странном пении. Каждый долгий звук. Каждый короткий звук.
Роза увидела в глазах Роджера проблеск осознания.
– Неужели это…
– Да, это азбука Морзе.
Она дождалась, когда запись пойдет по новому кругу, и начала рисовать на земле точки и тире.
– Вот слушайте… Тире… Точка, точка… Пауза… Точка… Тире… Опять пауза… Точка… Тире, тире, тире.
Роджер и Матис рассматривали коряво написанные символы.
– Я знаю этот код, потому и сумела отличить от обычного пения. Если мы посмотрим на знаки до первого пробела, то там будет буква «Д», – Роза быстро нарисовала «Д» в самом начале. – Затем буквы «А» и «Й». Получается что?
– Дай, – завороженно сказал Роджер, не отрывая взгляда от рисунка, который мог вытащить их из этого места. – Гениально.
– Согласен, – Матис пытался и сам различить какие-то характерные звуки в музыке птиц, но только скривился от собственной беспомощности. – Интересно, а если бы вы не знали азбуки Морзе, как бы мы выбрались?
– Предполагаю, что они конструировали это задание специально для нас и, наверное, осведомлены о навыках каждого, – сказал Роджер. Он осмотрелся в поисках ветки и, подобрав подходящую, тоже стал бездумно чертить какие-то знаки.
– Вполне возможно. Многие люди моего возраста владеют этим языком, так как было важно переговариваться во время войны.