Я украдкой рассматривала его. Темные волосы, посеребренные виски, высокий лоб пересекают едва заметные морщинки. Тонкий нос, мои любимые изумрудно-зеленые глаза, маленькая родинка на правой щеке. У меня на левой, а у него на правой. На щеках и упрямом подбородке тень, брился в последний раз вчера утром. И ведь не скажешь, что писаный красавец, но красив по-своему, когда улыбается - особенно. Не зря столько сердец в нашем отделении разбил…
- Ты прекрасна в любом виде, - хмыкнул «писаный красавец», нагло копавшийся в обрывках моих мыслей, - и не один я так считаю. Жертв твоего обаяния называть не буду, дабы сохранить за людьми право на конфиденциальность.
Слово «конфиденциальность» невольно напомнило о визите мотоциклетной дамы. Я резко поставила «заслонку», продолжая думать о разбитых сердцах отделениях.
- Вер, - Артемий собрал грязную посуду и сложил в мойку, - что случилось?
- С чего ты взял, что что-то случилось? – ответила я вопросом на вопрос. Он часто поступал так, сам того не замечая, а чужие привычки заразительны.
- С того, что я колдую не год и не два и о мысленных импульсах знаю гораздо больше твоего, без обид. Психически здоровый, спокойный человек не может сосредоточиться на одной-единственной мысли – это подтвержденный наукой факт. Остальные мысли всё равно идут побочным фоном. Если же это не так, вариантов только два: а) человек упорно пытается сосредоточиться на чем-то для себя важном, вызубрить стихотворение, формулу или экзаменационный билет; б) желает что-то скрыть за определенной мыслью. Как считаешь, к какому из двух вариантов, зная тебя, я склоняюсь?
Хлопнула дверца мышеловки. Я надулась и буркнула:
- То есть, возможность наличия у меня личных, если хочешь, интимных мыслей ты даже не рассматриваешь? Ну-ну.
- Просто я знаю, к чему может привести обилие «интимных» необоснованных мыслей, - прошептал он, - и не хочу, чтобы это приключилось с нами. Потому что боюсь.
- Если я скажу, обещаешь ни на кого не покуситься?
- Разве что дело дойдет до крайности. Обещаю.
- Пока тебя не было, приезжала Маргарита. Она хотела устроить мне проверку на прочность.
Глава пятнадцатая
Крылья для двоих
Воропаев не изменился в лице, словно новость о незапланированном визите сестры ничуть его не удивила.
- И как проверка, удалась?
- Понятия не имею, - проворчала я в его обычной манере, - именно это меня и беспокоит.
- Разве Марго не озвучила результаты?
- В том-то и дело, что озвучила. Назвала блаженной и гостем с Марса, потому что, якобы, одни блаженные да зеленые человечки не польстятся на фирменные шмотки!
Он заметно расслабился.
- В духе моей сестрицы.
- Так ты знал, что она приедет?!
- Разумеется, нет, - обиделся Артемий, - иначе бы не рискнул оставить вас наедине. Марго ценит экспромт и вдохновение, не сердись на нее за это.
- Так кто ж сердится? – забормотала я, в душе радуясь такому повороту беседы. - Извини, что не сказала сразу: она попросила не говорить, но раз это важно…
- Мне надо отучаться от привычки лезть в душу почем зря, - вздохнул Воропаев. - Пускай я всегда знаю, чего ожидать, это нечестно по отношению к тебе.
- Я не против твоего присутствия в моей голове, - накрыла его руку своей, как это делала сегодня Ксюша, - только прошу оставить за мной право на маленькие женские тайны.
- При условии, что эти маленькие тайны не обернуться большой проблемой.
- Разумеется, - чопорно кивнула я. – Где поставить подпись?
- Достаточно твоего «честного пионерского».
- Честное пионерское! По рукам?
- По рукам.
Мы пожали друг другу руки. Перевести всё в шутку – лучший выход. Тайны Марго я так и не выдала, названая сестренка гордилась бы мною.
- Знаешь, а она мне понравилась, несмотря на экспромт.
- Марго умеет быть обаятельной, когда захочет, но характер оставляет желать лучшего.
- Как и твой, - поддела я.
- Спорить не буду: иногда сам себе противен, хотя…
- …в большинстве случаев с тобой можно иметь дело.
- Безусловно.
- Безусловно.
Разногласия забыты, все довольны и счастливы, лишь Арчи носится по кухне со скоростью крошечного истребителя. Как буду укладывать его – ума не приложу. Сам точно не уснет.
- Ладно, я в душ. День был насыщенный, - Артемий провел рукой по моей макушке.
- Я скоро подойду, только вот угомоню твой подарок…
- Хм, есть неплохая идея, чем можно заняться завтра.
Я выгнула бровь (результат долгих и мучительных тренировок) и перехватила щенка в полете. Палец уже перестал реагировать на укусы.
- Научим тебя успокаивать обормота, а заодно исправим ошибку медведя-садиста, - подмигнул Воропаев.
Это возможно? На полном серьезе, возможно? Уткнулась лбом в его плечо. Кажется, мы на собственном примере убедились, что в мире нет ничего невозможного.
- Обормот, не дуркуй, имей совесть! Дай хозяйке право на личную жизнь.
Арчибальд презрительно чихнул и щелкнул зубами.
