Я почти спала, когда он вернулся с двумя тарелками и уселся рядом со мной. Мясо было нежным и сочным, и он даже догадался нарезать его для меня на кусочки – как это мило! Салат из помидоров отлично пах, но я не слишком люблю овощи. Он даже налил мне ледяного пива (кажется, сунул его в морозилку, пока возился на кухне), правда, к нему я не притронулась. Он медленно ел, не сводя с меня глаз. В этом не было ничего удивительного: я знала, что красива, и давно привыкла к тому, что меня провожают заинтересованными взглядами. Но этот мужчина смотрел не так, как другие. Он смотрел внимательно, как будто обычный интерес перекрывало что-то гораздо более важное. Как будто мы нашли друг друга посреди мокрой улицы и прекрасно это понимали без слов.
– Тебе вкусно? Хочешь чего-нибудь еще?
Я доела последний кусочек и забралась к нему на колени. Он обнял меня обеими руками, и это был такой правильный, такой заботливый жест, что последние сомнения рассеялись.
– Я знал, что тебе здесь понравится! – со смехом сказал он. – Может быть, еще молока?
Он подвинул ко мне блюдце. Я благодарно мурлыкнула, сделала несколько глотков, положила голову ему на живот и одновременно поджала хвост. Даже если мы нашли друг друга, усаживаться на хвост той, что способна воображать за двоих, совсем не обязательно.
Когда выпадает первый новогодний снег, мы три дня не выходим из дома. Ждем, пока он уляжется и осядет, пока его разгладит ветром и слегка подтопит на солнце. Мы сидим по домам, смотрим в окна и придумываем. А потом, через три дня, выкатываемся на улицу и на ровном снегу рисуем свою судьбу. Да, задумка странная, тут я даже спорить не буду. Но некоторые, говорят, выбрасывают старую мебель из окон или сжигают дома – по сравнению с такой фантазией мы просто младенцы.
Нам все равно, когда по календарю начинаются выходные и когда вы с кислыми физиономиями топаете в мороз на работу. У нас самое важное происходит после того, как в новом году выпадет первый снег. И не какая-нибудь жидкая поземка, а настоящий, густой и пушистый снег, который заметает все старое и открывает дорогу для нового. Ну да, иногда это случается в феврале, а иногда – в марте. И да, все это время мы ходим нервные, то и дело поглядывая в небо: а вдруг сегодня? Зато потом мы не ноем и не жалуемся на судьбу: что нарисовал, то и получаешь. Все честно.
Одно время к нам пытались возить туристов, чтобы полюбовались на наш веселый праздник, но затея не прижилась. Во-первых, забронировать заранее ничего невозможно, а сидеть на чемоданах никто не любит. Во-вторых, увидев гостей, мы рисовали долго и нудно, так что большинство уезжало, не дождавшись кульминации. А на самых терпеливых мы любили в финале выскакивать со страшными мордами, и бедняги пугались до икоты. Так что аттракцион «рисование судьбы на снегу» переехал в ближайший парк развлечений с катком, веревочным парком и аттракционами. Туда ему и дорога.
В тот год первый снег выпал сразу же, в новогоднюю ночь – говорят, что отличный знак. Повалил, как из сита, мы еле успели разобрать недоеденные салаты и разбежаться по домам. Я смотрела, как он заметает расчищенные дорожки в саду, облепляет деревья, превращает смородиновые кусты в дутые шары и овалы. Сидела у окна, пока не начало светать, а потом легла спать. Когда впереди три дня безделья и раздумий, можно никуда не торопиться. Салатов хватило как раз до рисования.
На четвертый день утром я вышла в сад. Все вокруг было белым и солнечным, аж глазам больно. А посреди моего чистого и разглаженного полотна для рисования сидела маленькая серая кошка. Сидела она в хрестоматийной кошачьей позе, как рисуют в книжках для малышей и их родителей – ровно сложив лапы и обмотав вокруг них умеренно пушистый хвост. Рядом с ней, разумеется, было полно маленьких кошачьих следов и даже одна не очень маленькая желтоватая лунка. Вот вам и прекрасный знак. Вот вам и рисование новой судьбы взамен старой, которую так качественно замело три дня назад.
– Откуда ты взялась, зараза?!
Кошка немного наклонила голову влево, но, как и следовало ожидать, ничего не ответила. Взяться ей было как будто бы совершенно неоткуда: своих домашних животных мы запираем сразу же, как только пойдет снег, да и нет ни у кого из нас такой кошки. А до ближайшего городка километров сорок – не многовато ли для умеренно пушистого домашнего зверька?
– Брысь! Уходи отсюда!
Кошка поднялась, лениво прошлась по заметенной дорожке, потом вернулась (твою ж мать, еще больше следов!) и снова уселась. От отчаяния и злости я чуть не запустила в нее зонтом. Да, смейтесь – свою новую судьбу я рисую на снегу старым зонтом, в котором не хватает половины спиц. У нас каждый выбирает себе инструмент по вкусу: у кого-то кочерга, у кого-то – гусиное перо, у кого-то обыкновенная палка. Есть даже один мужик, который рисует ручкой от сломанного металлоискателя, но это не все одобряют.
