Ташта рысил по дороге, мягко ступая копытами на сухую почву между колеями и подвисая в воздухе, оттолкнувшись от неё. Вокруг расстилались луга, вздымались мягкие округлые холмы, и вдалеке над жухлой травой висела зыбкая невесомая дымка. Аяна вспомнила, какие морозы стояли у них в долине в это время года, и как зябко было вылезать из простыней в каюте «Фидиндо», когда она шла домой, оставляя Конду. Такая погода, как здесь, в долине наступала хорошо если к концу марта.
Она окинула взглядом холмы.
– Инни!
Аяна уже почти забыла, как это – лететь галопом без Кимата за спиной, не думая о том, чтобы его не растрясло и о том, что Ташту может напугать что-то. Она проводила с сыном всё время в Тэно, потом под замком у Тави, а здесь, в Арнае, она постоянно носила его на спине. Как бы не срастись с ним, усмехнулась Аяна про себя.
Гнедой нес её по полю мягкой рысью, которую она так ценила в нём. Пачу рысил ещё мягче, но он остался дома, на другом краю мира.
Во влажном прохладном воздухе пахло зимой, но ей вдруг на миг показалось, что откуда-то повеяло особым весенним духом, таким, какой она чувствовала дома в конце февраля, когда начинал таять снег. Да нет, не может быть.
Она развернула Ташту.
– Кадиар, а какая погода здесь в марте?
– Именно здесь? Прохладно.
– Прохладно – это очень растяжимое понятие. Дома мы называем день «прохладным», когда приходится надевать шерстяную рубашку под шерстяную куртку, а здесь в прохладные дни женщины носят тонкие платья. У нас бывают холодные дни, и затон покрывается льдом, который мы вырезаем кусками для ледников, а здешнее «холодно» – это наша шерстяная куртка на шерстяную рубашку и сорочку, и то, потому что на побережье противный ветер.
– В марте начинают распускаться почки. Но в марте мы уже будем в Эдере. Ты сама увидишь. Там хорошо, тепло.
– Кадиар, а почему ваши деревни и города находятся так далеко друг от друга? В Фадо деревни гораздо чаще.
– Не везде земля плодородна. В некоторых местах под тонким слоем почвы – скалы. В некоторых – нету источников чистой воды. Арнай очень большой, поэтому люди не селились там, где были какие-то сложности с водой или землёй, а шли туда, где можно было сразу строиться и жить. На юге, в Ровалле, очень жарко, но земли, годной для жизни, там меньше, вода есть не везде, и люди селятся плотнее. Там всё немного иначе. Ты же знаешь, что Роваллом он называется относительно недавно?
- Да. Раньше он назывался Таох.Но я не очень сведуща по части истории.
– Земли Таох охватывали пустыню и простирались вдоль побережья на север. Димай был камнем преткновения, потому что он испокон веку принадлежал Арнаю, но южане тоже хотели иметь доступ до порта в Фадо, а не ходить по проливу, в котором непредсказуемые ветры. И сотни три лет назад один из крейтов предложил таохейцам перемирие. Он посадил таохейского наместника в Димай, и земли Таох стали частью Арная. Столицу Таох переименовали в Ровалл, и из Ордалла туда и обратно наладилось морское сообщение. До этого Ровалл был опасным местом, и его старались обходить по широкой дуге. Слушай, я понимаю, что ты издалека, но неужели ты не знаешь ничего об этом?
– Я из такого далёкого далека, что действительно не знаю. Так, обрывочные сведения... А ещё я слышала в Димае про южан и про то, что у них горячий нрав.
– Это действительно так. Когда Таох стал Роваллом, знатные роды оттуда стали ездить в столицу, чтобы породниться со знатными семьями Ордалла, и привозить юных дочерей, таких прекрасных, что мужчины не могли отвести глаз. Крейты женились на них не одно поколение. Там очень красивые люди, правда. Изящные, гибкие, очень музыкальные, да ещё и с пылкими сердцами. Даже их кони похожи на них, такие же горячие, гибкие и пылкие. Ты не видела коней Таох? Ну конечно, откуда. Ты увидишь их в столице. Девушки с южных земель очень привлекательны. У них тёмная кожа и чёрные волосы, а ещё тёмные глаза. Они там ездят верхом и стреляют из лука, и сами гибкие, как луки, и страстные, но при этом совершенно покорные, потому что там такие традиции воспитания. Невесты оттуда стоят заоблачных денег. Они по карману только тем, у кого он, этот карман, очень, очень глубок. Нынешняя креа, жена крейта Алты, тоже из Ровалла. В твоём сыне видна эта кровь.
– Его бабушка – с юга.
– Тогда понятно.
– Кадиар, но почему, если у них такие красивые женщины, меня предупреждали, чтобы я была осторожной? Мне сказали, что у них женщины с такой внешностью, как у меня – редкость и очень ценятся. Почему, если у них и свои прекрасны?
– Есть такая поговорка... У соседа вино слаще.
– То криас то гейта эйне киликэ. Я знаю эту поговорку.
– Ты знаешь арнайский? У нас и то уже не все его знают. Только кирио по традиции учат... Да и моряки иногда, для удобства, запоминают некоторые команды. В арнайском много удобных устойчивых выражений. Но на нём говорят в основном уже только кирио.
– Я знаю совсем чуть-чуть. Несколько поговорок... Пару загадок. Могу что-то читать, правда, многие слова не понимаю, но иногда догадываюсь. И составлять сложные фразы не могу, конечно.
