– Это был великий момент для роанского телевидения… И мне посчастливилось его наблюдать. У меня даже возникло желание проделать самому нечто подобное, но последующие многочисленные подражатели открыли мне глаза на всю убогость попыток скопировать чужой успех, – столкнувшись с моим потрясенным взглядом, Науэль резко сменил тему: – Эрве категорически осуждал психотерапевта, беспечно отнесшегося к хранению конфиденциальной информации. Говорил, что, если бы нечто подобное случилось с его пациенткой, он не знал бы, как это пережить. Предположу, он отстроил сейф вскоре после случая с Дельфой, хотя в этот дом и раньше было сложно пробраться. Слабое место если только подвал, но и там двенадцатизначный код.
– Думаю, Эрве был хорошим человеком, если так беспокоился о своих пациентах.
– Замечательным, – среди папок обнаружилась тонкая тетрадь в зеленой обложке. Науэль раскрыл ее. – Всё же что-то в этом есть, – продолжил он тихо. – Я имею в виду, взять и выплеснуть свои мозги на глазах тысяч зрителей. Такая буффонада стоит того, чтобы умереть.
– Никакая буффонада не стоит, – категорично возразила я.
– Что это? – Науэль развернул тетрадь ко мне.
Упрощенным, с трудом читаемым почерком там было написано следующее:
Столбик фамилий, частично знакомых. Науэль полистал тетрадку – далее фамилии сменились цифрами:
И далее в том же духе.
– Четырехзначные числа – скорее всего, номера карт пациентов, – предположил он. – Тех, что были в том шкафу и теперь пропали. Придется довольствоваться нашими звездами. Давай-ка найдем истории болезни тех, которые упоминаются в тетради. Позже их следует внимательно изучить. Вот эти не трогай. Я их уже просмотрел. Среди них нет имен из списка, – он отложил несколько папок в сторону.
– Думаешь, в тетради что-то важное? – спросила я, принимаясь за работу.
– Если подсказка Эрве привела нас к ней, значит, он хотел, чтобы я ее увидел.
Отобранные папки и тетрадь мы сложили в рюкзак Науэля. На столе осталась заметно уменьшившаяся стопка историй болезни и лежавший здесь прежде блокнот на металлической пружине. Науэль оторвал верхний лист блокнота и посмотрел на просвет.
– Так я и знал, – он удовлетворенно хмыкнул.
– У?
– У него была привычка рисовать во время телефонных разговоров. Он сильно нажимает… нажимал на ручку, а бумага блокнота тонкая и мягкая. Остались вмятины. Посмотри.
Я посмотрела, но смогла различить бесцветные линии лишь когда Науэль включил настольную лампу и показал на просвет.
– На что похоже? – осведомился он.
– Алмаз, рубин… какой-то кристалл. Это обязательно должно что-то значить?
– Может быть. Или же это просто бессмысленный рисунок, продукт скучающих рук. В любом случае запомним – кристалл. Там еще какие-то цифры… 9.22, 20.25. Что это может быть?
– Понятия не имею.
– Вообще похоже на время отправления или прибытия поезда. Это «22» привлекает внимание. Меня всегда забавляла подобная точность в железнодорожных расписаниях, учитывая, что поезда вечно опаздывают.
– Если он собирался куда-то ехать, почему не предупредил тебя? Ты упоминал, что звонил ему незадолго до убийства. И у него был взволнованный голос.
– Возможно, намеревался уведомить меня утром. Теперь уже не узнать. Ладно, попытаемся восстановить последовательность событий. В пятницу Эрве находился здесь, как обычно, работал в клинике. Далее ему кто-то звонит и, предположительно, назначает встречу, на которой должен сообщить или передать что-то настолько важное, что Эрве ради этих сведений согласен мчаться в другой город. Эрве набирает номер справочной и записывает время отправления подходящих ему поездов. Впрочем, «20.25» может быть и временем прибытия на нужную станцию. Затем что-то задерживает Эрве еще на несколько часов – он мог улаживать рабочие вопросы или просто разбирать документы. Поздно вечером он покидает загородный дом и едет в городскую квартиру, где его уже поджидают. Странный звонок и последующее убийство. Совпадение? Ой, вряд ли.
– Но как они могли узнать о звонке?
– Поверь мне, деточка, телефонные звонки прослушиваются на раз-два-три. Для этого доступ к дому совсем необязателен.
– То есть, ты полагаешь, они не хотели, чтобы он попал на ту встречу?
– Да, вот и подсуетились убрать его раньше. Их спешка объясняет неуклюжесть организации убийства.
Мы с Науэлем посмотрели друг на друга.
– Нам нужно найти человека, с которым должен был встретиться Эрве.
– Этим и займемся, – Науэль задумчиво посмотрел на тяжелый черный дисковый телефон. – Узнать хотя бы, из какого города звонили, уже будет зацепка. Можно попробовать по времени прибытия поездов…
– Была бы у нас телефонная квитанция… – задумчиво протянула я.
– Там указывают номера? – оживился Науэль.
– Номера нет, но междугородные соединения отмечают отдельно, с указанием кода города, с которым производилось соединение.
– Но это в случае, если звонил Эрве.
– Нет, входящие междугородные соединения тоже проставляют, так как они являются платными не только для звонящего, но и для абонента.
