Снова пожатие плеч.
– Но в понедельник ты придешь в школу?
– Нет, не приду, – без запинки ответила Келли.
Я пожалел, что еще в прошлом году бросил курить. В этот момент неплохо было бы затянуться.
– Что за черт, Келли!
Бледное лицо в темноте кивнуло.
– Может, посидим где-нибудь и поговорим, девочка?
Она потрясла головой. Какая-то машина проехала мимо нас на школьную стоянку. Опоздавшие. Ни Келли, ни я не повернулись посмотреть.
– Почему бы нам… – снова начал я.
– Нет. У нас с вами уже был шанс, мистер Джейкс.
Я нахмурился, глядя на нее в холодном свете фонаря:
– О чем ты говоришь?
Я уже думал, что она не ответит, что сейчас она повернется и скроется во мраке. Но Келли, сделав глубокий вдох, медленно выпустила пар и сказала:
– Помните тот год… те семь месяцев… когда я училась у вас в шестом классе, мистер Джейкс?
– Конечно.
– И помните, как я, можно сказать, боготворила землю, по которой вы ходите… извините за банальность.
Настал мой черед набрать воздуха.
– Послушай, Келли, многие дети в шестом классе… особенно девочки…
Она нетерпеливо махнула рукой, словно не хотела тратить время на подобные формальности.
– Просто я тогда считала вас единственным человеком, с которым могла бы поговорить. Во всем этом… мама, Карл… в ту ненормальную, гнусную зиму вы казались самым надежным и реальным во всей вселенной.
– Карл?
– Мамин дружок. Отчим мой. – В голосе Келли, кроме тяжелой иронии, слышалось что-то еще, что-то бесконечно более горькое и грустное.
– Он что… – Я шагнул поближе к Келли.
– Ага. – Губы Келли скривились в улыбке. – Каждый день. Еще до того, как тот учебный год начался, летом. – Она смотрела в сторону, вдоль улицы.
Мне захотелось обнять ее за плечи – теперь я снова видел прежнюю девочку на месте истощенной молодой женщины, – но я только стискивал кулаки, все крепче и крепче.
– Келли, я понятия не имел…
Она не слушала, не смотрела на меня.
– Тогда я научилась уходить. В другие места.
– В другие места? – не понял я.
Она по-прежнему на меня не смотрела. Ее панковский гребень и крашенные прядками волосы выглядели жалко в ровном холодном свете.
– Я здорово навострилась уходить. Ваши уроки помогали мне – вы так хорошо рассказывали, я так ясно все видела, – а в местах, которые я видела, я и бывать могла.
Внутри у меня все сотрясалось от холода. Эта девочка нуждалась в помощи психиатра. Я вспоминал все случаи, когда отправлял детей к школьному консультанту, к окружному психологу, в социальную службу, – пользы от этого, как правило, было мало. Дети возвращались к тому же кошмару, от которого временно избавлялись.
– Келли, давай вот что…
– Я чуть было вам не сказала, – продолжала Келли. Ее тонкие губы совсем побелели. – В апреле я всю неделю собиралась с духом, чтобы сказать вам. – Она издала отрывистый звук, в котором я не сразу распознал смех. – Черт, да я весь год собиралась с духом! Я воображала, что вы единственный человек на свете, кто выслушает… поверит…
Я ждал продолжения. Из спортзала доносились громкие крики болельщиков.
Келли взглянула наконец на меня. В ее зеленых глазах было что-то дикое.
– Помните, я спросила, можно ли мне остаться после уроков и поговорить с вами?
Я нахмурился и покачал головой, признав, что не помню.
Келли снова улыбнулась:
– Это было в тот самый день, когда вы сказали нам, что уходите. Что будете теперь работать в средней школе, потому что миссис Уэбб умерла и им нужен учитель. Вы сказали, что до конца года нас будет вести кто-то другой. Вы, думаю, не ожидали, что ваш класс так расстроится. Девчонки почти все плакали. А я нет.
– Келли, я…
– Вы тогда не вспомнили, что я хотела поговорить с вами после уроков. Но это ничего – я бы все равно не осталась. А помните, что я не подошла обнять вас после нашего прощального сбора, который ребята устроили в пятницу?
Мы помолчали. Болельщики и те притихли.
– А теперь ты куда собралась, Келли?
Она посмотрела на меня так свирепо, что я даже испугался – не знаю, за нее или за себя.
– Подальше отсюда. Подальше.
– Приходи в понедельник в школу, и мы поговорим. В классе можешь не показываться – зайди в комнату отдыха, и все. Пожалуйста.
Я поднял руки, но так и не решился коснуться Келли – ее немигающий взгляд остановил меня.
– До свидания, мистер Джейкс. – Она повернулась, перешла через улицу и скрылась в темноте.
Я подумал было пойти за ней, но я устал. Я обещал Алану, что завтра утром мы съездим с ним в Денвер за бейсбольными табличками, а Мария, когда я поздно приходил со школьных мероприятий, каждый раз подозревала, что я был с другой женщиной.
Я подумал в тот вечер, что надо бы пойти за Келли, но не пошел.
В понедельник она не явилась в школу. Во вторник я заглянул к ней домой, но никого не застал. В среду я рассказал мистеру Вандермеру о нашем разговоре, а неделю спустя трейлерную стоянку посетила социальная служба.
В их трейлере больше никого не было. Мать Келли и ее сожитель съехали за месяц до того, как девочка перестала ходить в школу. После того баскетбольного матча Келли Дэл никто не видел.
