– Сейчас мы будем голосовать. Голосовать, прыгать ли к красному гиганту на двигателе Хокинга и вернуться раньше, чем Разрушитель начнет разрушение. Если там есть чужая раса, мы, возможно, сумеем за эти два дня установить с ней связь. Может быть, они перепрограммируют свою машину. Мы все согласились с тем, что вероятность того, что она «съела» ваш ковчег на первом проходе случайно, исчезающе мала. Тот факт, что она ведет жатву только колонизированных вами зон – на лесном кольце площадью в полмиллиона Гиперионов, – заставляет предполагать, что она запрограммирована устранять аномальные выросты или вредителей.
Три дипломата кивнули.
– Когда мы голосуем, – сказала Дем Лиа, – решение должно быть единогласным. Один голос против означает, что мы не полетим на двигателе Хокинга.
Сайгё, сидевший в позе лотоса на столе, встал и подошел к остальным ИскИнам.
– Для справки, – сказал он. – ИскИны проголосовали пять-ноль против попыток маневров на двигателе Хокинга.
– Принято к сведению, – кивнула Дем Лиа. – Но для справки: в подобных решениях голоса ИскИнов не учитываются. Только люди Спектральной Спирали Амуа или их представители могут решать судьбу народа. – Она повернулась к людям. – Использовать двигатели Хокинга? Да или нет? За последствия нашего решения нам отвечать перед тысячами других. Сес Амбре?
– Да.
Женщина в голубой одежде была так же ясна и спокойна, как ее глаза.
– Джон Микайл Дем Алем?
– Да, – ответил чернополосный специалист по жизнеобеспечению. – Да.
– Оам Раи?
Желтополосная колебалась. Никто лучше ее не понимал, каков будет риск для систем корабля. Два процента вероятности уничтожения казались ей авантюрой. Она поднесла пальцы к губам.
– Мы решаем судьбу двух цивилизаций, – сказала она, явно обращаясь к себе самой. – Трех, быть может.
– Оам Раи? – повторила Дем Лиа.
– Да.
– Кем Лои? – обратилась Дем Лиа к астроному.
– Да, – ответила молодая женщина, и голос ее дрогнул.
– Патек Георг Дем Мио?
Краснополосный специалист по безопасности усмехнулся:
– Да. Как говорит старая поговорка: кто не рискует, тот не побеждает.
– Ты говоришь от имени шестисот восьмидесяти четырех тысяч двухсот восьмидесяти восьми спящих, которые не все могут быть так бесшабашны, – раздраженно осадила его Дем Лиа.
Усмешка Патека Георга не исчезла.
– Мой голос – да.
– Доктор Самел Риа Кем Али?
Врач был настолько же озабочен, насколько Патек весел.
– Я должен сказать… здесь столько неизвестного… – Он нервно огляделся. – Да. Мы должны узнать наверняка.
– Петер Делен Дем Тае? – обратилась Дем Лиа к синеполосному психологу.
Старик грыз карандаш. Он поглядел на него, улыбнулся и положил карандаш на стол:
– Да.
– Рес Сандре?
Вторая зеленая смотрела вызывающе, почти зло. Дем Лиа приготовилась услышать ее вето и лекцию в его обоснование.
– Да, – сказала Рес Сандре. – Я считаю это моральным императивом.
Осталась самая младшая.
– Ден Соа?
Девушка прокашлялась:
– Да. Надо полететь и проверить.
Все глаза повернулись к командиру.
– Мой голос – да, – сказала Дем Лиа. – Сайгё, приготовься к максимальному ускорению в точку перехода в пространство Хокинга. Кем Лои, ты, Рес Сандре и Оам Раи: рассчитаете оптимальную точку выхода для поисков жизни в системе красного гиганта. Глава ветви Кил Редт, Далекий Ездок, Истинный Глас Древа Рита Кастин! Если вы хотите остаться, мы сейчас откроем для вас шлюз. Если хотите лететь с нами, мы вылетаем немедленно.
Глава ветви ответил от имени всех:
– Мы летим с вами, гражданка Дем Лиа.
Она кивнула:
– Далекий Ездок, вели своим людям освободить широкий проход. Мы взлетим над плоскостью эклиптики, но наш плазменный хвост будет хуже дыхания дракона.
Адаптированный к космосу Бродяга передал:
– Я уже это сделал. Многие ждут зрелища.
Дем Лиа слегка хмыкнула:
– Будем надеяться, спектакль не окажется более зрелищным, чем нам хотелось бы.
«Спираль» удачно совершила прыжок, получив лишь незначительные повреждения некоторых подсистем. С расстояния трех а. е. от поверхности красного гиганта люди повели наблюдение за системой. Оно было рассчитано на двое суток, но хватило и одних.
Ни спрятанных планет, ни планетоидов, ни полых астероидов или перестроенных комет, ни космических баз – никаких признаков жизни. Не менее трех миллионов лет назад эволюция звезды класса G2 привела к тому, что в ядре началась следующая стадия термоядерных реакций – горение гелия с образованием кислорода и углерода, а во внешнем слое продолжал гореть водород… И вот – краткосрочное возрождение звезды в виде красного гиганта. Очевидно, что вне досягаемости нового красного солнца не было ни обыкновенных планет, ни газовых гигантов. Внутренние планеты были захвачены расширяющейся звездой. Выбросы газов, пыли и жесткой радиации очистили систему от всего крупнее железоникелевых метеоритов.
– Вот, значит, как, – сказал Патек Георг.
– Дать ИскИнам указание начать полное ускорение к точке обратного прыжка? – спросила Рес Сандре.
