— Чтобы показать семье, что ты не отброс, в который вкладывают ресурсы и силы, а тот, кто однажды приведёт семью на истинные земли всех практиков, — Он буквально прошипел. — Каждый жаждет увидеть своими глазами то, куда никто не может дотянуться. Не только моль и придорожная собака, но и каждый без исключения в великой семье, ведь именно там можно стать практиком, а не подобием того, кем мы сейчас являемся.
— В общем, не суть, солдат удачи… нет, Алекс, — Он встал и протянул мне руку. — Ты спас меня, подарил ещё один шанс, как отец или мать, а значит, что я по гроб тебе обязан! — Я схватил его руку и медленно поднялся, отряхнув зад.
— Обязан, говоришь? — Я покачал головой. — Я всё-таки алхимик, Оник. Наша задача не только мастерить самые разные препараты, но и спасать людей. — На самом деле я несказанно рад, что он отреагировал в положительном ключе. — Но раз ты настаиваешь, у меня есть кое-что, что нужно сохранить. — Я вытянул из-под рубахи толстую книгу и достал из кармана амулет, протянул это добро парнишке.
— Твою мать… — В шоке воскликнул Оник. — Не пойми неправильно, но честно говоря я жутко удивлён… — Он запрятал добро себе под куртку, а амулет повесил на шею. — Солдат удачи с самых низов обнёс древние руины… Чёрт, ты сделал то, на что мы не были способны! Боюсь представить, с какими лицами выйдут два идиота, ха-ха-ха! — Он рассмеялся, а я лишь покачал головой. Не два, а один, но ему об этом незачем знать. — Я передам тебе это, когда мы безопасно покинем руины и распрощаемся на поляне. Я тебя не знаю, ты меня не знаешь. А ещё… — Он прищурил глаза и прошёлся взглядом по моему телу. — Что-то ты больно чистый и совсем без ран. Не дело это. Если не хочешь, чтобы возникли подозрения, то лучше займись собой.
Я прекрасно понимаю, о чём он. Сам ведь думал об этом. Для солдата удачи, который отправился на смерть за своим шансом, я больно чистый и совсем без ран, чего попросту быть не может.
Приподнял брови, извлёк клинок из ножен и прошёлся по самым заметным местам. Мне даже не больно, просто будто бы кто-то уколол, несмотря на довольно большое количество крови, которая тут же окрасила бежевую рубаху.
— Ты жесток к себе, несмотря на столь юный возраст, — Серьёзным голосом произнёс Оник. — Это ненормально, — добавил парень.
— Это нормально, если задуматься, из какой задницы я вылез, — Я покачал головой и наклонился к полу. Он весь покрыт пылью, поэтому не составит труда измазаться. Покончил с маскировкой и обратил внимание на идеально сложенные каменные плиты, которые громоздятся до самого потолка. По ним можно будет легко взобраться на поверхность и покончить с этими треклятыми великими руинами. — Пора возвращаться.
— Да, надеюсь, мы будем единственными выжившими, — Оник рассмеялся и пошёл вперёд. Вместе мы легко взобрались наверх и, добравшись до самой вершины, я прикрыл рукой глаза, ведь солнечный свет так и норовил их сжечь. Стоило нам показаться на поверхности, как со всех сторон послышались восторженные крики, полные волнения.
Никто не сомневался в том, что отпрыск великой семьи сможет вернуться живым, но вот солдат удачи, да ещё и ребёнок — это большая редкость и удача. Да, сегодня я доказал, что зовёмся мы солдатами удачи не просто так.
Привыкнув к солнцу, я посмотрел на пригорок, где застыло довольно много людей. В ту же секунду ощутил на себе взгляд мощного практика и, повернувшись, встретился с глазами надзирателя. Сейчас я корчу из себя изнемождённого практика, который прошёл семь испытаний жизни и смерти. Едва волоча своё израненное тело, я шёл вперёд, опустив голову вниз, а Оник шагал впереди меня с высоко поднятой головой, словно он завоевал целое королевство своей собственной силой.
Стоило мне подняться наверх, как меня тут же окружила целая толпа практиков. Каждый норовил расспросить меня о том, что было внутри и удалось ли мне урвать свой кусок с барского стола, которым заправляли члены великих семей. Не успел я раскрыть рот, как в поле зрения появился надзиратель. Статный мужчина легко преодолел толпу, ведь солдаты удачи попросту расходились перед ним в разные стороны.
— Идём, — Он мотнул головой, намекая на то, что нам пора побеседовать в более интимной обстановке, вдали от гогота толпы. Я робко сжался под ледяным взглядом практика на стадии гибкой стали, делая вид, что мне страшно и я готов выложить все карты на стол, лишь бы не убили. Это сыграло свою роль, и взгляд практика стал довольным. Он словно упивается своей властью…
Чёрт, как же он смешон… словно человек, который воздыхает о своей неимоверной силе, находясь перед муравейником. Ничего не попишешь, таковы законы этого мира: слабый должен прижать лицо к земле и позволить более сильным пройтись по нему. Ничего, это пока. Скоро многое изменится…
