Национальная пресса восхищалась министром Треццей, гениально организовавшим свою пятитысячную армию. Туда набирали только холостяков, после которых не останется вдов, так что их семьи не подвергнутся преследованиям. Специальные силы из десантников, опытных солдат, будут снабжены броневиками, тяжелым вооружением и даже самолетом. Деревенскому бандиту точно не устоять перед таким натиском. А командовать ими будет полковник Уго Лука, один из величайших итальянских героев Второй мировой войны, сражавшийся против легендарного немецкого генерала Роммеля. Газеты окрестили его «итальянским Лисом Пустыни» с блестящими навыками ведения партизанской войны, чья тактика и стратегия быстро поставят на колени необразованного деревенщину Тури Гильяно.
В маленьких заметках добавлялось также, что главой тайной полиции на Сицилии назначен Фредерико Веларди. О нем практически ничего не было известно, кроме единственного факта – министр Трецца поставил его помощником полковника Луки.
За месяц до того состоялась судьбоносная встреча между доном Кроче, министром Треццей и кардиналом Палермо. Кардинал рассказал остальным о «Завещании» Гильяно с его разоблачительными бумагами.
Министр Трецца пришел в ужас. «Завещание» было необходимо уничтожить до того, как армия выполнит свою миссию. Он с удовольствием отозвал бы свой приказ о формировании специальных сил, которые уже собирались, но правительство находилось под непрерывным давлением со стороны левого крыла, утверждавшего, что власти покрывают Гильяно.
Для дона Кроче «Завещание» создавало, конечно, дополнительные проблемы, но они не уменьшили его решимости. Он все равно разделается с Гильяно – убийство шестерых его главарей не оставляло другой альтернативы. Однако Гильяно не должен умереть от рук «Друзей друзей» или его собственных. Его считают героем, и такая казнь станет слишком тяжелым преступлением даже для «Друзей» – им этого не забудут. Вся Сицилия возненавидит их.
В любом случае дон Кроче понимал, что ему придется учитывать интересы Треццы. В конце концов, этого человека он собирается сделать премьер-министром Италии. Дон сказал Трецце:
– Вот как мы поступим. У вас нет выбора – вам придется охотиться за Гильяно. Но постарайтесь сохранить ему жизнь до тех пор, пока я не уничтожу «Завещание». А я гарантирую, что сделаю это.
Министр хмуро кивнул. Потом щелкнул кнопкой интеркома и командным голосом распорядился:
– Пришлите ко мне инспектора.
Пару секунд спустя высокий мужчина с ледяными голубыми глазами вошел в кабинет. Он был худой, изысканно одетый, с лицом аристократа.
– Это инспектор Фредерико Веларди, – сказал министр. – Я собираюсь объявить о его назначении главой тайной полиции на Сицилии. Он будет координировать свои действия с главнокомандующим армии, которую я направляю туда.
Он представил мужчин друг другу и объяснил Веларди проблему с «Завещанием» и угрозой христианско-демократическому режиму.
– Дорогой инспектор, – обратился к нему министр. – Я прошу вас считать дона Кроче моим официальным представителем на Сицилии. Вы будете передавать ему любую информацию, которую он затребует, – в точности как мне. Вы понимаете?
Инспектору понадобилось время, чтобы переварить это последнее требование. Потом он понял. Его задача – информировать дона Кроче обо всех планах армии, направленных против Гильяно. Дон Кроче, в свою очередь, будет передавать эти сведения Гильяно, чтобы тот избегал поимки до тех пор, пока дон не решит, что его деятельности можно положить конец.
– Я буду передавать информацию дону Кроче? – возразил инспектор Веларди. – Но полковник Лука не дурак – он быстро сообразит, что возникла утечка, и, вероятней всего, исключит меня из круга посвященных.
– Если у вас с ним возникнут проблемы, – сказал министр, – направляйте его ко мне. Основная наша миссия – завладеть «Завещанием», и Гильяно должен быть жив и на свободе, пока это не произойдет.
Инспектор обратил свои холодные голубые глаза на дона Кроче.
– Рад буду служить вам, – сказал он. – Но я должен понимать одно. Если Гильяно будет пойман живым до того, как «Завещание» уничтожат, что мне следует делать?
Дону не надо было подбирать слова; он не являлся официальным лицом и мог говорить напрямую.
– Это станет непоправимой катастрофой.
Полковник Уго Лука, назначенный главнокомандующим специальными силами по борьбе с бандитизмом, стал объектом пристального внимания всех газет. Те расписывали его военные подвиги, его медали за храбрость, его тактический гений, его сдержанный характер и неприятие даже возможности провала. Газеты утверждали, что его бульдожья хватка как нельзя лучше подойдет для борьбы с беззаконием на Сицилии.
Первым делом полковник Лука изучил данные разведки по Тури Гильяно. Министр Трецца застал его в кабинете в окружении толстых папок с отчетами и вырезками из старых газет. На вопрос министра, когда армия отбывает на Сицилию, полковник вежливо ответил, что пока набирает персонал и что Гильяно определенно никуда не денется, сколько бы времени ни заняла подготовка.
