Мой брат — очень хитир и изворотлив, как, надеюсь, ты уже поняла, и в истории с тёмной ведьмой он несколько раз ловко провёл меня: первый раз, когда я попался в лапы тер Роско, второй раз, когда уже мог сбежать, но он приказал мне оставаться на месте, там, где ты меня навещала. А третий раз он посоветовал мне подчиниться, чтобы ведьма начала свой ритуал. Я сделал это. И что я имею в итоге? Из-за этого я лишился почти всей своей магии. Лекари мне говорят, что она восстановится, но не говорят, когда. Я повторюсь: мне не нужна твоя жалость и сочувствие, просто я объясняю причины своих поступков и не жду от тебя прощения, но продолжаю надеяться на него.
Мой брат захотел, чтобы я женился на девушке из достойного рода. Я захотел жениться на тебе: его не устроила твоя кандидатура, хотя он сам благоволил к тебе, из-за твоего ведовского Дара, хотя это ты знаешь и так. Мой брат опустился до угроз мне и моей матери, хотя я знаю, что ему не свойственно такое поведение. Я думал, что причина серьёзна, и он просто не хочет мне её называть, но оказалось, что это — всего лишь его предубеждение против ведьм, не вовремя рассказанная история, легенды о магах-инквизиторах, услышанные им в Академии.
Мне это показалось мелким и незначительтным, чтобы выставлять в причины отказа от женитьбы на тебе, и я разругался с братом, отказавшись от всех его титулов и подарков. Я попросил оставить мне единственное, что могло бы напоминать о тебе или нас: замок Огненный Дол, но теперь, без тебя, мне и он не нужен.
Альма, смею ли я недеятся, что ты когда-нибудь простишь меня за мою трусость, за глупый мужской эгоизм, ведь я хотел оставить тебя себе не смотря ни на что, ни на людские предрассудки, ни на мнение моей семьи!
Альма, если ты готова меня простить хотя бы так, издали, то я жду тебя завтра утром в библиотеке после завтрака. Ты можешь даже не подходить ко мне, если тебе это не приятно, просто твой приход будет означать, что я могу надеяться на твоё помилование.
До завтра, Тиарнан тер Вилберн, герцог, но уже не советник.”
— Альма? Ты как? — Поллин заговорила со мной после долгого молчания, когда письмо уже разлетелось золотой пылью.
— Хорошо…
— Что? Извиняется и предлагает тебе вернуться к нему?
— Нет, просто принёс извинения и объяснил свои мотивы….
— Ты простишь?
— Поздно…
— Что поздно?
— Всё…
Следующим утром мы с Поллин сидим в приёмной Миентского князя, ожидая, когда нас позовут. Я нервно тискаю в руках рекомендательное письмо княжны и вспоминаю, как сегодня ночью, во сне, летала над горами. Серый туман выбросил меня в небе, ярком и ослепительном из-за красивых горных звёзд. Месяц был так близко, что мне нужно было только протянуть руку, чтобы коснуться его.
Я парила и разглядывала снежные вершины, густые леса и маленькие селения. Миент был самым большим городом в княжестве и казался огромной кляксой черноты в горной долине. Остальные селения находились на склонах гор, теряясь среди камней и деревьев. Никогда я не чувствовала себя более свободной!
Мимо нас строевым шагом прошёл какой-то офицер, и моя сестра посмотрела в его сторону заинтересованным взглядом.
— Что? — шёпотом спросила я.
— Капитан Угунис… — одними губами ответила мне сестра, и я глянула на прямую спину мужчины, уже входящего в кабинет князя.
— Леди Альма тер Близе и леди Поллин тер Близе! — вдруг позвал нас маленький сухонький княжеский секретарь, и мы поднялись из глубоких кресел и направились к дверям, которые перед нами услужливо распахнул слуга.
— Виконтесса! — вышел навстречу к нам из-за стола полный и суетливый мужчина. — Моя дочь писала мне, что Вы — необыкновенно красивы, но, похоже, она преуменьшила Вашу прелесть!
Я растерялась от комплимента князя и покраснела под взглядом нескольких посторонних мужчин, стоявших вдоль стены, одним из которых и был наш знакомец капитан Угунис.
Мы с сестрой присели в одновременном реверансе, а мужчины вежливо поклонились нам. Я не успела ещё ничего понять, как князь за руку подвёл меня к своему столу и усадил в кресло, стоящее перед ним.
— Поллин тер Близе, присаживайтесь! Скажите, леди Альма, — вновь обращаясь ко мне спросил князь, — чем Вы собираетесь заняться в ближайшее время?
— Для начала мы с сестрой хотели бы обустроиться, Ваша Светлость, купить дом, разобраться в обычаях, а потом…
Князь не дал мне договорить, небрежно взмахнув рукой.
— Это понятно… Я не о том… Не хотели ли бы Вы поступить ко мне на службу? Скажем, фрейлиной моей дочери?
— Ваша Светлость, но у Вашей дочери будут свои фрейлины, во дворце… — я недоумённо взглянула на князя.
— В том то и дело, а здесь, дома, когда Дария будет навещать меня, ей нужны будут преданные люди.
— Благодарю Вас, Ваша Светлость! Я подумаю! — я не хотела влезать во всю эту около политическую кухню, это было не моё, но сразу отказывать человеку, от которого зависит твоё пребывание в княжестве, было невежливо. Сестра за моей спиной кашлянула. — А вот моя сестра могла бы быть Вам полезной! У неё за плечами почти десять лет службы младшим следователем в Следственной королевской комиссии.
