— Я решил только вчера вечером, но не сказал тебе, иначе ты не уснула бы. Я получил известие, что матери стало хуже. Там врач, это верно. Однако я должен навестить ее.
— О Боже мой! — воскликнула она. — Будем надеяться, что все обойдется. Но, конечно, поезжай, посмотри, что происходит.
— Вернусь завтра к вечеру. Если увижу, что ей и в самом деле хуже, я вернусь за тобой и мы поедем в Торре ди Милето все вместе. Я подумал, что ты не захочешь оставить ребенка даже на два дня.
Арианна посмотрела на сына. Только позавчера у него спала температура. Марио прав, она не может оставить сынишку. Можно было бы, наверное, доверить его Марте. Однако ей не хотелось покидать его. Она с нежностью посмотрела на мальчика — такой прелестный малыш с белокурыми локонами и немного бледным личиком.
— Ты прав, я не в силах оставить его. И с собой тоже не могу взять. Ведь он еще слаб. Так поезжай, не беспокойся. И обними за нас маму.
Когда она произнесла эти слова, ее внезапно охватило странное беспокойство. Она хотела было тут же взмолиться: «Нет, прошу тебя, не оставляй меня одну!» И все же промолчала. Нельзя, подумала она, его мать больна, она зовет Марио. И у нее, Арианны, не повернется язык отказать в просьбе больного, быть может, умирающего человека. К тому же она не хотела еще больше волновать Марио. Он и так встревожен из-за болезни матери, хотя и старается не терять самообладания.
Она отпила глоток кофе и посмотрела на море. Лодка, на которой должен был отплыть Марио, приближалась к причалу, расположенному у подножия террасы. Наверное, она могла бы еще сказать ему: «Я передумала, хочу поехать с тобой. А сына оставлю с Мартой». Но тут же устыдилась такой мысли. Какой же она будет матерью, если бросит ребенка, еще не оправившегося от болезни, ради того, чтобы не разлучаться с мужем ни на один день? Нет, она не может так поступить. И что подумает Марио? Если она скажет «Еду с тобой», он оценит ее как влюбленную женщину, но осудит как мать.
Нет, не может она сказать, что поедет с ним. И все же беспокойство ее росло. Она старалась подавить его, но почувствовала предательскую дрожь в ногах, и эту дрожь не удавалось унять усилием воли. Да что за нелепое беспокойство! Она не должна ему поддаваться!
Арианна поудобнее уселась а кресле. Может быть, такую раздвоенность испытывают все жены, если им приходится впервые расставаться с уезжающим мужем. Женское сердце разрывают два противоречивых чувства — любовь к мужу и любовь к малышу. Они борются, возможно, так же, как и она, скрывая слезы и все же остаются дома с ребенком, ожидая возвращения мужа.
Наверное, она просто сумасшедшая. Другие женщины мудрее, спокойнее, не переживают так драматично, когда мужья уезжают. Ведь потом мужчины возвращаются.
Она посмотрела на Марту, которая вышла на террасу и с улыбкой обратилась к мальчику:
— Иди, сокровище мое, иди но мне. Пойдем погуляем с Филиппо.
Ребенок обрадовался и потянулся к ней. Марта унесла малыша.
— Дорогая, что с тобой? — забеспокоился Марио, ласково коснувшись ее щеки, влажной от слез, которые она смахивала украдкой.
— Ничего, любовь моя, ничего, — ответила она, прижимая к лицу руку мужа.
— Тебе грустно, что я уезжаю? Не привыкла, чтобы я ездил один, и это тебя беспокоит? Ну хочешь, поедем вместе? Мальчик вполне может остаться с Мартой.
— Нет, он едва поправился после болезни. Поеду с тобой — буду беспокоиться о нем. Лучше я останусь. Ведь ты завтра вернешься?
— Конечно, вернусь. Еще до заката буду здесь, обещаю. А если не смогу оставить мать, то завтра же пришлю за тобой Анджело. Так или иначе, мы снова будем вместе.
— Сокровище мое, не беспокойся обо мне.
— Ты какая-то странная сегодня. Я еще никогда не видел тебя такой.
— Разве? Нет, я такая же, как обычно, только люблю тебя сегодня немножко больше, — она поднялась из-за стола. — Провожу тебя к лодке, — поспешно добавила она и прильнула к Марио.
На середине лестницы, ведущей к причалу, Марио предложил:
— Возвращайся наверх, родная. Помашешь мне с террасы, — он поцеловал ее в губы. — Завтра вернусь, любовь моя. Не тревожься, прошу тебя.
— Я не тревожусь. Видишь, улыбаюсь. До завтра.
И Арианна стала подниматься по лестнице, направляясь к дому. Марио с нежностью смотрел ей вслед. Вдруг она обернулась и бегом бросилась к нему. Он раскрыл объятия, она упала ему на грудь и крепко прижалась к мужу, вся дрожа.
— Любовь моя, что случилось? — спросил он, целуя ее волосы.
— Мне захотелось еще раз обнять тебя и сказать, что очень люблю, — ответила она глухим голосом, пряча лицо у него на груди. — И завтра буду ожидать тебя здесь.
Она выскользнула из его объятий и быстро, не оглядываясь, побежала наверх. Марио, растерянный и смущенный, спустился к лодке. И пока они не отплыли, он все смотрел на террасу, надеясь увидеть Арианну. Ему уже недоставало ее. В следующий раз не оставлю ее одну дома, подумал он. Они оба слишком страдают, когда разлучаются. Наверное, виной всему воспоминания о прошлом, это они так тревожат.
