Густав смотрел на меня оценивающе-разочарованным взглядом, как иногда бывает, когда он словно ищет на моих плечах голову, но тщетно.
– Я не говорил, что увольнять ее было глупо, – подчеркнул он наконец. – Я сказал, что не могу в это поверить.
Я еще переваривал его заявление, когда к нам вышла Диана.
– Итак? – спросил Старый.
Она хмуро покачала головой и, не говоря ни слова, скрылась в следующей лавке.
После этого темп ускорился: мы пересекали квартал в обратном направлении, а Диана не задерживалась ни в одной лавке дольше минуты. Пока она находилась внутри, тщетно пытаясь применить женские чары, снаружи мы с братом урывками продолжали начатый разговор.
– Ты хочешь сказать, что она до сих пор работает на ЮТ?
– Хочу сказать, что такое не исключено. Тогда понятно, зачем ей понадобилось разыскивать нас и почему она заинтересовалась убийством Чаня.
– Это как?
Мы перешли к следующей лавке.
– Может, ЮТ за нами следит. В конце концов, мы знаем, что на самом деле случилось с «Тихоокеанским экспрессом». И Чань тоже знал часть правды.
– Думаешь, ЮТ есть до нас какое‑то дело? Чтобы даже слежку организовать.
И мы переместились к очередному заведению.
– Не забывай, брат: леди предупредила нас, что ЮТ не понравится, если твою книгу про экспресс напечатают.
– О, но это же было не предупреждение-угроза, разве забыл? Это было дружеское предупреждение-совет.
– Гос-спа-ди…
И снова следующая дверь.
– …И-исусе. Знаю, что ты не горазд думать ни при каких обстоятельствах, но рядом с красивой девушкой у тебя мозги и вовсе сворачиваются в крендель.
– Да неужели? А я вроде как припоминаю, что некая девушка и тебя сегодня привела, так сказать, в приподнятое настроение.
– Она, черт возьми, сидела у меня на коленях!
– Думаешь, старину Холмса такое смутило бы? Ну уж нет. К тому же дело не только в этом. Ты весь день сам не свой. Тебе, брат, будто толстая вожжа под хвост попала, и вовсе не только потому, что дока Чаня уделали. Что такое тебя грызет?
Тут мы дошли до конца квартала.
– Джентльмены, – сказала Диана, выходя из убогой лавчонки, в которую только что зашла, – прошу прощения.
– За что? – спросил Старый.
– Дерьмо! – прошипела она. – Вот за это. Надеюсь, я вас не оскорбила.
– О, за нас не волнуйтесь, – успокоил ее я. –
– В таком случае вы здесь не одиноки, – вздохнула Диана. – Во всяком случае, так они утверждают. Я все испробовала… даже правду. Ничего не помогает. Эти люди не хотят с нами говорить.
– Трудновато нам будет добывать новые данные, – сказал я брату.
Он кивнул с отсутствующим видом и засунул трубку обратно в карман.
– Согласен.
– Эдак мы пройдем мимо Фэт Чоя и Хок Гап и даже не узнаем их, – продолжил я. – Он толстяк [26], а она темноволосая красотка; вот и все, что мы знаем.
Густав еще раз кивнул с тем же отрешенным видом. Колесики у него в голове вертелись, но без результата.
– Согласен.
– Начинает казаться, что мы сели в лужу, – резюмировал я.
– Глубоко, – добавила Диана.
– И надолго.
Старый заморгал и вышел из оцепенения.
– Знаешь, когда я говорю «согласен», это значит, что мне отлично известно то, о чем ты говоришь. А значит, можно уже перестать об этом говорить.
– То есть «заткнись», – перевел я Диане.
– Я
Старый вздохнул.
– А знаете, жаль, что парней из Армии спасения здесь нет, – заявил я. – Сдается мне, нам остается только взяться за руки и молиться о вмешательстве свыше.
– Чудо произойдет, только если мы сами что‑то придумаем, – возразил Густав. – Надо приналечь на дедукцию. Понять, что сделал бы мистер Холмс, если… – Его взгляд скользнул в сторону и остановился на чем‑то у нас за спиной. – Ба! – воскликнул мой брат.
– Никак уже что‑то надумал?
– Не-а. – Старый вытянул руку и показал дальше по улице. – Просто интересно, что ему надо.
Мы с Дианой повернулись и увидели спешащего к нам тощего молодого китайца. Его обвисшая мешковатая серая одежда была словно скроена на владельца вдвое больше, а на голове красовалась столь же бесформенная – и очень американская – кепка. Он совершенно точно ничуть не походил на молодчиков из тонга, с которыми мы столкнулись, но я все же приготовился к потасовке, стиснув кулаки и загородив собой Диану.
– Не стоит утруждаться, – запротестовала она.
– Увидим.
Густав торжественно поднял руку, и молодой человек остановился, не доходя нескольких шагов.
– Хелло.
Незнакомец тоже поднял руку и небрежно отмахнулся.
– Сколько угодно. Я не только
– Вот как, – произнес мой брат.
Китаец говорил без малейшего акцента. Будь я слепцом, он мог бы представиться Джо Смитом, и я ничего не заподозрил бы.
Диана вышла из-за моей спины.
– Чем можем помочь?
– Это не мне нужна помощь, – возразил парень. – Удивительно, что я успел вас найти. Думал, какой‑нибудь
Старый прищурился, словно подозревая, что узкие глаза и черные как смоль волосы – грим и парик.
– Мы что, знакомы?
