Клянусь, по крайней мере в тот момент даже в самых мелочных и себялюбивых уголках моей души не было ни капли обиды на то, что брат столько лет скрывал это от меня.
– Я тоже, – произнесла Диана, и, надо отдать ей должное, вполне искренне. – Если бы я знала…
«Если бы знала? – Впервые за все время нашего знакомства я по-настоящему разозлился на мисс Корвус. – А чего ты вообще от него ждала?»
– Вы задали вопрос и получили ответ, – сказал Густав, и в глазах у него блеснул лед. Он слегка кивнул мне, и я убрал руку. – Теперь моя очередь.
– Да, ваша, – согласилась Диана. – Что вы хотели узнать?
– То же самое, что собирался спросить у Махони: на кого вы на самом деле работаете?
Не было ни задумчивой паузы, ни драматической сцены. Просто прямой ответ, который Диана бросила к нашим ногам, как кирпич:
– На полковника Кермита Кроу.
Главный детектив Южно-Тихоокеанской железной дороги в Огдене, штат Юта. Тот самый, что когда‑то взял на работу и нас.
– Ох, мисс Корвус, – простонал я. – Значит, вы все еще работаете на ЮТ?
– Нет, Отто! Пожалуйста, поверьте, – в голосе Дианы зазвенело отчаяние, которого я никогда еще не слышал, – вчера я сказала правду: полковника Кроу уволили из компании, и меня тоже. Теперь он пытается создать собственное детективное агентство в Огдене, и я снова работаю с ним. – Она взглянула на Густава: – Ему потребуются агенты, и, конечно, я порекомендовала вас. Со всем моим восхищением.
Взгляд мисс Корвус задержался на брате, что несколько уязвило мою гордость. Было совершенно непонятно, относится это «вас» к одному Амлингмайеру или к обоим.
– Но, учитывая финал злоключений на железной дороге и вашу роль в крушении «Тихоокеанского экспресса»… – Диана пожала плечами: – Полковнику нужны серьезные доводы.
– И он послал вас шпионить за нами, – кивнул Старый. – Возможно, устроить небольшой экзамен.
– Нет. Я сама приехала, – возразила Диана. – Надеялась, что, если Отто получит положительный ответ из «Харперс», это даст мне новый аргумент для полковника. В конце концов, агент, пишущий для «Харперс уикли», – отличная реклама нового детективного агентства.
– Была бы, – мрачно заметил я.
– Да. Это большое разочарование. Для всех нас, – согласилась Диана. – Но потом вы рассказали мне о затруднениях доктора Чаня, и я подумала: вот он, мой шанс. Если я вернусь к полковнику и расскажу, как вы пошли против главаря тонга, чтобы помочь другу… такое не может не произвести впечатление.
– Только на деле все оказалось немного сложнее, да? – сказал Густав.
– Да. Намного сложнее. – Мисс Корвус опустила глаза, и ее губы сжались в тонкую линию. На секунду она смутилась, как смутился и Старый, прежде чем начать откровенничать с ней. – Очень неприятно такое говорить, но смерть Чаня ничего не меняет с точки зрения полковника, – наконец сказала она. – Наоборот, так даже лучше: это хорошая возможность доказать полковнику, что вы ему подходите.
– В смысле, вся эта история способна помочь нам все‑таки устроиться детективами? – спросил я.
Диана осторожно взглянула на Старого и кивнула.
– Мы вовсе не ради нового назначения влезли в это дело, – отрезал тот. – При чем тут какие‑то возможности?
– Знаю-знаю, конечно! – Она подняла руки перед собой. – Но разве не лучше, если в итоге вы получите и некую награду?
– Единственная награда для нас – поимка убийцы и спасение жизни девушки, – отчеканил брат. Но потом лицо у него чуть просветлело, а взгляд устремился во мрак лежащих перед нами трущоб. – Впрочем, дальнейшие наши действия, после того как мы сделаем свою работу… они ведь никак не оскорбят память дока, правда?
Ни я, ни Диана не ответили. Вопрос был явно не к нам.
Густав задал его самому себе.
И не стал долго раздумывать над ответом.
– Ладно, чего мы здесь стоим? – буркнул Старый.
Это был еще один риторический вопрос, и я снова предпочел промолчать.
Ведь чем дольше мы здесь простоим, тем дольше, скорее всего, проживем.
Но подобные мрачные истины только тормозят, а нам нужно было спешить.
От Чайна-тауна нас отделяли шесть кварталов ада.
По дороге от Дэвис-стрит до Монтгомери Диана с дюжину раз получала непристойные предложения, терпела оскорбления и иные проявления неуважения. Я бы очень ей сочувствовал, если бы мой личный счет не перевалил за две дюжины. Обтягивающие короткие штанишки вполне заменяли налепленную на спину мишень: каждый пьяница и дебошир считал своим долгом высказаться на мой счет.
Наконец проходящий мимо матрос шлепнул меня по заднице – и это стало последней каплей. Я ответил тем же, только не открытой ладонью, а носком ботинка. Когда Старый растащил нас, Диана нашла способ избавить меня от излишнего внимания забулдыг: как только навстречу попался кандидат подходящих габаритов, она предложила ему двадцать долларов за его клетчатые брюки. Он радостно согласился, и сделка свершилась.
Правда, едва я зашел в проулок, чтобы переодеться, на меня набросилась парочка грабителей, и пришлось бежать с болтающимися на коленях штанами.
