Из ресторана я позвонила родственникам Асика, чтобы перепоручить им скорбные хлопоты. Я сомневалась, что они меня поймут. Фоном шла музыка в ресторане, смех посетителей за соседним столиком. Наверняка в глазах родственников я выглядела бессердечной скотиной. Однако родня Асика отнеслась ко мне поразительно лояльно. В разговоре они всеми правдами и неправдами обошли стороной те пикантные подробности, которые сопровождали двойное убийство в нашем доме. Теперь я была совершенно спокойна за соблюдение всех необходимых ритуалов. Прощай, Асик, прощай, неверный муж. Ты в самых надежных и крепких руках, которые никогда не выронят то, что им принадлежит − в руках у смерти.
В отсутствии других идей я решила привести в порядок мелкие текущие дела.
Отложить в сторону эмоции. Поставить точку, чтобы двигаться дальше. Вот только куда двигаться?
Теперь у меня нет мужа и нет работы, если не считать бездну неприятных формальностей, связанных с увольнением. Я все еще цеплялась за реальность, за те заботы, которые связывали меня с ней, словно это могло оградить от подбиравшегося со всех сторон страха.
Я отправилась в офис компании «Шубка и шапка». Надеюсь, на бывшей работе не знают об убийствах в моем доме. Я им не докладывала, а полиция вроде не успела сообщить.
В первый момент показалось, что в магазине объявили новую волну скидок, и покупатели выстроились в очередь на вход. Так уже было однажды.
Около магазина я обнаружила не просто очередь, а форменное столпотворение. Приглядевшись, поняла, что это не покупатели, и на очередь совсем не похоже. Люди прохаживались перед входом в магазин, шушукались, сообщали нечто тревожное своим гаджетам и друг другу. Слишком много людей в форме. Пространство перед входом в радиусе пяти метров огородили, чтобы очистить театр загадочных действий от прохожих, репортеров и зевак.
На парковке выстроились полицейские машины и кареты скорой помощи − можно подумать, что на магазин упал вертолет. Слишком все пафосно, как в голливудском кино, и от этого немного нереально, словно здесь разыгрывают спектакль. Однако внешних повреждений у здания не наблюдалось.
Сердце неприятно екнуло, я сбавила шаг. Поодаль толпились сотрудники магазина. Сейчас они должны были бы находиться на рабочем месте. Кутаясь в полушубок, рыжеволосая «продавец−консультант» Соня заливалась слезами. Здесь же шушукались, нервно терзая сигаретки, и другие девчонки из магазина. На их серых лицах застыло необыкновенное смятение.
Спрашивать и допытываться, что здесь произошло, не понадобилось. Мне навстречу летел на всех парах директор магазина Слава. Он был страшно напуган и одновременно нездорово оживлен, что у неврастеников совмещается с легкостью.
− Ну и дела! − выпалил он высоким от напряжения голосом. − Ну и дела! Что же это делается, а?!
Похоже, Слава был совершенно уверен, что я в курсе происходящего, и спешил перетереть со мной новость. Сообразив, что я ничего не знаю, он еще больше оживился и вылил на меня поток информации вперемешку с домыслами.
С трудом, но мне удалось выудить из этого словесного хаоса основную канву.
Утром в головной офис на совет директоров собрался цвет менеджмента компании числом девять человек. Архитектурные особенности магазина позволяют пройти в офис только через торговый зал. Совет директоров − не то событие, которое случается каждый день, а продавцы любопытны и обожают посплетничать. Продавцы по обыкновению учитывали и обсуждали всех подряд − кто приехал, во сколько, в чем был одет, в каком настроении и выходил ли из офиса покурить? Мимо наших продавцов просто так не проскочишь, фиксируют все детали.
С обычным опозданием на совещание прибыл владелец компании. По привычке он пытался прошмыгнуть через торговый зал конспиративно, бочком. Уж такой пугливый человек. Даже не знаю, кто его так в прошлом напугал?
Однако продавцы − рентген. Им запомнилось, что владелец компании − единственный, кто вышел из офиса на улицу через час после начала совещания. Совещание продолжилось без него.
Еще час понадобился персоналу магазина, чтобы осознать − в команте, где проходит совещание, подозрительно тихо, его участники не подают буквально никаких признаков жизни. Обычно после совещания местное руководство вываливало на улицу покурить, посылали кого-нибудь в кофейню за горячими напитками и выпечкой. А в этот раз − ни гу-гу, тихо сидят, будто не проголодались, хотя владелец уехал и вроде можно расслабиться.
Разумеется, никто из персонала магазина не решился побеспокоить «великих мира сего». Подними продавцы тревогу вовремя, все давно открылось бы. Первым в офис заглянул Слава по некоему мелкому делу, но больше из любопытства − что они там притаились? Заглянув, тут же пожалел, и с сумасшедшим воплем вылетел вон.
− Они были разбросаны по комнатам офиса как манекены у нас на складе. И у всех дыра в груди! У каждого в груди здоровенная дырища! − Слава жестами продемонстрировал размеры раны. Получалось − с футбольный мяч.
