Сразу после этого Грузинский национальный совет провозгласил создание «независимой Грузинской республики» и начал сепаратные переговоры с турками о приеме условий ультиматума Халил-бея.
На следующий день мусаватисты тоже объявили Азербайджан независимой республикой, и их Национальный совет выехал в Гянджу — создавать правительство.
Только дашнаки еще ждали какого-то чуда, хотя сами своей политикой давно предопределили судьбу собственного народа...
Между тем контрудар армянских сил под Караклисом именно 27 мая достиг своего апогея. С самого утра они штыковыми и конными атаками теснили турецкие части к Амамлу.
Но на следующий день высшее командование армии узнало о распадении сейма. Наладившееся было общее руководство и взаимодействие между отдельными участками фронта снова расстроилось. А этим не замедлил воспользоваться противник.
Севернее Караклиса, в селе Дсех, находился пятитысячный отряд Андраника, отступившего туда после сдачи Карса. Полковник Бей-Мамиконян отправил к нему гонца с просьбой выступить на помощь караклисцам. Но еще раньше Андраник получил от Назарбекова из Дилижана, точно не знавшего о положении на фронте, приказ: выступить к железной дороге Караклис — Тифлис и оборонять ее. И надо же было, чтобы Андраник, в прошлом не раз действовавший вопреки приказам начальства, но в соответствии с действительной ситуацией, теперь решил неукоснительно следовать приказу главнокомандующего, чтобы «самовольными действиями не расстроить его замысла» (которого на этот раз и не было!).
Одновременно с этим к левому флангу караклисских войск со стороны Сардарабада спешно подходил шеститысячный отряд Дро Канаяна. Он Уже находился у Спитакского перевала, в двадцати верстах западнее горы Маймех, на склонах которой находился левый фланг караклисцев под командованием полковника Самарцева. Но между двумя этими группами не было связи. Самарцев даже не знал о подходе подкрепления. Турки, отступившие перед войсками Дро, воспользовавшись этим, пошли на грубую хитрость, на которую Дро и попался. Эсад-паша послал к нему парламентеров с белым флагом и убедил, что между турецкими и армянскими войсками под Караклисом заключено новое перемирие с условием не подводить к месту сражения резервов. Дро прекратил продвижение к Караклису.
А турки в конце дня 27 мая незаметно сняли с этого участка два полка 10‑й дивизии и направили в обход горы Маймех. Этот маневр и решил судьбу караклисских армянских войск. 28 мая с утра 11‑я турецкая дивизия с фронта и 10‑я — с фланга перешли в контрнаступление. Утомленные беспрерывными трехдневными боями, без смены, без пищи, а главное, без боеприпасов, армянские части еще несколько раз бросались в штыковые атаки. Но, понеся страшные потери, они начали отступать. Турки, заняв селения Арчут и Дарбаз, повели наступление на Кишлаг и Караклис. Командование армянских войск опустило руки. Части, оставшиеся без руководства, стали разваливаться...
28 мая Вехиб-паша, все еще под впечатлением событий на армянских участках фронта, вернулся в Батум в смятении и тревоге. Пыльный и усталый, он тут же вызвал к себе Халил-бея.
— Где армянские делегаты? Давайте подпишем с ними мир и покончим с этим, пока не поздно... Эти проклятые здорово дерутся, у меня под рукой всего двенадцать тысяч войск, а позади никаких сил. Ежели мехмет[6] покатится назад, остановимся разве только в Эрзеруме!
Но Халил, лучше знающий настроение делегации, успокоил его:
— Паша, если в таком виде явишься к армянам, мира не получишь. Пойди умойся и отдохни немного, будем полагаться на милость аллаха...
Раньше чем Вехиб успел отдохнуть и привести себя в порядок, армянская делегация заявила о своем согласии принять ультиматум турок. В тот же день Армянский национальный совет, по примеру соседей, объявил Армению «независимой» республикой и выехал из Тифлиса в Эривань.
Так на карте появилась крохотная республика с территорией менее 10 тысяч квадратных километров, с населением около трехсот тысяч человек, да с таким же числом беженцев, которых нельзя было ни обеспечить кровом, ни прокормить, ни лечить от страшных эпидемий.
И тем не менее героическое сопротивление армянского народа заставило турок внести значительные коррективы в свои планы. Они отказались от дальнейших наступательных операций в Армении. Вехиб, снова воспрянувший духом, заявил своим приближенным:
— Что ж, будем водить армян за нос до тех пор, пока нам нужны солдаты для Баку. А потом при помощи татар и курдов заставим их задохнуться в том мешке, в котором они сидят!..
А пока что все освободившиеся в Караклисе войска турки направили на восток — против Баку!
Страшная весть о катастрофе в Армении и распаде сейма дошла до Баку 29 мая. В этот день проходило торжественное заседание Совета рабочих, солдатских и матросских депутатов совместно со съездом Совета крестьянских депутатов Бакинского уезда.
Шаумян выступил с большой речью, посвященной политике сейма и положению народов Закавказья, создавшегося в результате этой политики. Впервые за многие месяцы он говорил так взволнованно.
