Весь день улицу спасала густая тень акаций и тополей, не давая солнцу пролиться на глиняную твердь под ногами слепящим светом и жаром. К вечеру оно, став сплющенным жёлтым комом на горизонте, смогло заглянуть под тополя снизу, но сила уставшего светила была уже не та. Потому, наверное, Средняя Азия и отстала от «средней» Европы, что среднеазиаты днём заняты поисками прохлады. Какое тут творчество?! Разве что стих в бреду вдохновения сочинить удаётся. В сумерках же стекается лучшая половина Востока в чайхану на дразнящий запах рыбожарки. А там, за бесконечным чаем, незаметно наступает ночь, когда всем правоверным положено спать.
По дороге оба тёзки великого македонца говорили о Памире. Искандер, не знавший о секретном задании Корнина, не сомневался, что Александр разделяет мнение матери начать поиски Захир-аги и его предполагаемых похитителей от устья Обихингоу, с продвижением вглубь нагорья вдоль русла реки. Но Корнин ведь был связан секретным обязательством поиска пути к перевалу Хунджераб. Правда, он получил право широкого маневра. Тем не менее, всё не мог определиться, откуда начать – из Сары-Таш ли, или из Дюшанбе.
Искандер, сам того не ведая, покончил с колебаниям своего руководителя по предприятию. Расхваливая опытного проводника, он вдруг произнёс «Оксу». Корнин приостановился: «Как? Повтори, пожалуйста» – «Река Оксу. Я не знал ни одного человека, который побывал в её долине. Теперь знаю. Это наш проводник. За истоками Оксу – Индия». – «Как он туда попал?». – «Случайно. Утверждает, что от истоков Обихингоу пройти в долину Оксу не сложно». – «Любопытно», – произнёс Корнин, думая о своём.Открытая на улицу веранда чайханы была заплёвана зелёной от
Корнин разлил вино в пиалы.
– Ну, за успех! – и замер, глядя через голову сотрапезника.
Искандер повернулся в направлении его взгляда. Уже черны были кущи деревьев, наложенные на звёздное небо, и только местами блестела вода в арыке. А на ближнем берегу, под верандой, стояла женщина, будто освещённая со стороны чайханы, да так искусно, что свет падал на неё одну. За её спиной всё было чёрным. Женщина, несмотря на тёплую ночь, была закутана от плеч до расшитых жемчугом сапожек в шаль, как в чадру. Молодое лицо со странным блеском глаз было открыто. Волосы на изящной голове блестели серебром. Так здесь не одевались ни мусульмане, ни русские. Она произнесла только одно слово: «Готовьтесь!». Мужчины переглянулись, а когда вновь посмотрели в ту сторону, откуда донеслось слово, женщины не было. Невыносимая тоска охватила молодых людей. Они долго сидели молча, не притрагиваясь к вину. И почему-то ни в пути домой, ни укладываясь спать, ни утром – вообще никогда никто из них не напомнил другому об том явлении и никто не спросил другого, что же это было.Ночью Корнин составил для Игнатьева шифрованную телеграмму. В ней лаконично обосновал свой выбор пути к стратегическому перевалу. Да, получается длинней, чем от Сары-Таш. Зато, во-первых, дальше от китайской границы; во-вторых, центр Памира менее населён, чем окраины (значит, дольше сохранится тайна экспедиции); в-третьих, решается дополнительная задача – поиски таинственного племени в местах его предполагаемого обитания; в-четвёртых, выполняется дело чести, связанное с именем знаменитого
Глава V. Жильцы и гости кишлака Сары-Таш
Кишлак Сары-Таш укрыт от северных ветров увалами Алайского хребта. На южной стороне долины, за рекой, – синяя, с белым верхом, стена горной цепи. Поручик его императорского величества Василий Фёдорович Скорых видит её ежедневно из окна комендатуры.
