Сказать по правде полностью

Он поднимает взгляд с долей настороженности.

– Она занимается самостоятельно. Хочет сдать продвинутый экзамен, не посещая уроки. Я и не знал, что ты следишь за расписанием первокурсниц.

Я прикусываю щеку, борясь с раздражением, которое копится в груди. Знаю, лучше забить, но слова вырываются раньше, чем я успеваю сдержаться.

– Да ладно, Брендан. Она с тобой флиртует.

Он изумленно моргает.

– Нет, нет. Мы просто договариваемся о занятиях в субботу вечером у нее дома… Ой, – Его глаза расширяются в осознании. – Видимо, я не умею правильно интерпретировать сигналы.

«ОЧЕВИДНО, Брендан».

Мы проходим ряды зеркальных небоскребов с эскалаторами и мраморными лестницами в холлах первого этажа.

– И что ты собираешься делать? – спрашиваю я, больше не пытаясь сдерживать нетерпение.

– С чем?

– С «занятиями информатикой»? – Я рисую кавычки пальцами в воздухе.

Он опускает взгляд. Уверена, этот парень знает, что нравится мне, и не хочет ранить мои чувства.

– А как ты считаешь, что мне делать? – осторожно спрашивает он.

– Понятия не имею, Брендан!

Поверить не могу. Мы даже не добрались до места этого не-свидания, а уже обсуждаем другие романтические перспективы Брендана.

– Если она тебе нравится, если хочешь с ней замутить, то иди. Меня это не касается.

Мы сворачиваем за угол, заставленный велосипедами.

– Я… – снова начинает он после паузы. – Я тебя чем-то рассердил?

– Чем ты мог меня рассердить? – выпаливаю я в ответ.

– Не знаю, – отвечает он. Я ломаю голову, как выкрутиться, пока Брендан заводит меня в здание, похожее на склад, через открытую металлическую гаражную дверь.

Что бы я ни собиралась сказать, это немедленно оказывается забыто.

Передо мной простирается огромная комната с высоким потолком, заполненная крохотными ресторанчиками, киосками и людьми. Это ошеломляет. Не только запахи и звуки – аромат горячих печеных сэндвичей с яйцом, кисло-сладкие специи тайской лапши, грохот кастрюль и ножей для суши, – но и картины, свет, буквы. Пока мимо нас с Бренданом ходят хипстеры со стаканчиками джелато и старушки со свежим хлебом, я изучаю ряды с десятками торговцев, набившихся в этот склад, и отмечаю самые привлекательные детали. Логотип в виде рыбьего хвоста на стильном современном киоске с морепродуктами. Написанное вручную меню трендовой кофейни. Яркие красно-белые буквы вывески пупусерии[33] – понятия не имею, что это такое.

Рядом со мной раздается ласковый голос Брендана:

– Здорово, правда? Знал, что тебе понравится.

– Потрясающе, – выдыхаю я и иду в один из рядов, машинально доставая телефон из сумки. Я начинаю снимать, а потом оборачиваюсь и обнаруживаю, что Брендан наблюдает за мной с мягкой улыбкой. У меня перехватывает дыхание. Все это ощущается как… не не-свидание. Впервые за неделю я задаюсь вопросом, не может ли это быть чем-то большим.

– Пейдж показала мне один из твоих дизайнов, – говорит Брендан, подходя ко мне. – Очень здорово выглядит. Вполне профессионально.

– Это просто хобби, – автоматически бросаю я.

– Но могло бы стать чем-то большим, – он не сдается, – если бы ты захотела.

Я впервые не прогоняю эту мысль. Мне нравится дизайн. Просто я никогда не позволяла себе думать, будто из этого может что-то получиться. Я сосредоточилась на экономике, на пути, который подведет меня ближе к жизни отца. И не хотела задумываться о других местах, куда можно отправиться. Не хотела задумываться о том, не подойдет ли мне что-то другое.

Но здесь, в этом месте, с подбадривающим взглядом Брендана – который смотрит так, словно верит в меня, – я задумываюсь.

Мне пришлось бы отказаться от связи с отцом, на которую я надеялась и рассчитывала. От его мира и возможности стать к нему ближе. Не знаю, готова ли я это сделать.

– Хочешь перекусить? – спрашивает Брендан.

Неожиданно оказывается, что я умираю от голода в окружении восхитительных ароматов.

– Ой, да, – я убираю телефон, – здесь имеется что-нибудь, что ты можешь есть?

Как ни в чем не бывало, Брендан берет меня за руку.

– Пойдем, покажу. Я угощаю.

Я не забираю руку и иду за ним в глубины рынка, снова гадая, что значит эта встреча для него. Он несколько минут назад говорил о том, чтобы пойти в гости к другой девушке, напоминаю я себе. Но моя рука лежит в его ладони, и мне очень, очень трудно убедить себя, что это не свидание.

Целая неделя проходит без прояснения вопроса о том, было это свиданием или нет. Брендан сводил меня в любимое место и угостил ужином. Он вел себя очень дружелюбно – но всего лишь дружелюбно. Он попытался объяснить мне, что такое «Игра престолов», и мы делали ставки на то, в какой цвет покрасит волосы Пейдж, когда они отрастут. Он больше не брал меня за руку.

В школе все было нормально – в рамках того, что теперь считалось нормальным. Один раз я обедала с Бренданом в кабинете робототехники, пока он работал над своей игрой. Эль продолжала меня игнорировать, я сдалась и прекратила попытки.