Возможно, он ожидал такого поворота событий, но сила моего удара настолько велика, что сбивает Пирса со стула на пол. Он быстро поднимается на ноги и, набросившись на меня, наносит удар в лицо, врезаясь в челюсть костяшками пальцев. Его атака напоминает мне атаку полузащитника, а его удары словно выбивают воздух из моих легких. Мне удается блокировать его следующий удар в лицо, но я получаю еще один по ребрам. Пирс наваливается на меня, обрушивая град ударов на все мое тело, и от боли я словно просыпаюсь. С ревом я отбрасываю его от себя, и он опрокидывает стол, стоящий позади него. Боль пронзает мои ребра и лицо, а из носа снова начинает течь кровь, но я быстро оглядываюсь на Грейсона и замечаю, что он каким-то образом удерживает остальных друзей Пирса от нашей драки.
– Что все это значит? – внезапно восклицает кто-то, и Пирс, пошатываясь, встает на ноги. Из его разбитой губы течет кровь, а глаза наполнены безумием.
Мгновенно оценив ситуацию, Грейсон отталкивает троих футболистов и молниеносно хватает меня за руку. Я встречаюсь взглядом с футбольным тренером, который, несмотря на свой невысокий рост и небольшие габариты, способен противостоять парням вдвое больше него. Затем он обводит взглядом своих подопечных, и мы с Грейсоном отступаем на шаг назад.
– Стойте! – рявкает он.
Поскольку он может донести на нас нашему тренеру, который был бы в ярости, если бы мы сделали что-то, что могло бы поставить под угрозу следующую игру, мы с Грейсоном остаемся стоять на месте. Я стараюсь сохранять спокойствие, но внутри меня все бурлит от волнения.
– Соберите свои вещи и следуйте за мной, все вы! – говорит он, указывая на футболистов и на нас, а затем направляется к выходу.
Я кладу протеиновый батончик со вторым сэндвичем в свою сумку, отставляю недопитый стакан с кофе и беру в руки второй. Затем мы с Грейсоном следуем за футбольным тренером в сторону студенческого центра. Вероятно, его кабинет находится возле спортзала, как и у большинства сотрудников спортивного отдела, за исключением нашего тренера. По крайней мере, Роук упоминал, что его кабинет расположен на стадионе, вдали от суеты.
Не могу сказать, в какой момент футбольный тренер успел уведомить Роука о случившемся, но тот уже ждет нас в холле. Увидев нас с Грейсоном, он удивленно приподнимает брови, но не произносит ни слова.
– Объяснитесь! – требует футбольный тренер, указывая на Пирса, когда мы оказываемся в его кабинете. – Начнем с вас.
– Это была просто дружеская потасовка, сэр, – отвечает Ронан, но я замечаю, как напрягается его челюсть.
– Ты говоришь правду?
– Да, сэр, – отвечает один из его друзей. – Деверо и Уайтшоу просто помогали нам разрешить спор.
Мы с Грейсоном обмениваемся взглядами, а их тренер вновь указывает на своих подопечных.
– Вы все ходите по тонкому льду, особенно после того, что произошло в прошлый раз… – Он резко останавливается и смотрит на Роука. – К сожалению, я не могу сказать, что подобные выходки являются чем-то необычным для моих мальчиков.
– У вас двоих есть что добавить? – спрашивает Роук, переводя взгляд на нас.
Только то, что нам очень повезло, что в этом гребаном университете все буквально поклоняются спорту.
Я качаю головой, и Грейсон молча повторяет за мной.
– Убирайтесь отсюда! – рычит футбольный тренер, и Ронан первым открывает дверь и выходит из кабинета. Остальная троица спешит последовать его примеру, и мы с Грейсоном следуем за ними.
В коридоре я делаю глоток кофе, но, вспомнив, что не люблю его, морщу нос.
– Спасибо тебе, – говорит Грейсон одному из парней, и тот пожимает плечами в ответ.
– В следующий раз, когда вы, хоккеисты, захотите подраться, выбирайте место за пределами кампуса.
– Отвали, – раздраженно произношу я.
Ронан смеется и толкает локтем одного из своих друзей.
– Чейзу это понравится.
Грейсон закатывает глаза, но как только мы поворачиваем за угол и отдаляемся от офиса футбольного тренера, останавливается и протягивает руку Пирсу. Ронан с недоверием смотрит на него, но в конце концов принимает рукопожатие, а после протягивает руку мне. Мы хлопаем друг друга по ладоням, и, когда наши пальцы соприкасаются, притягивает меня ближе.
– Значит, Уиллоу под запретом?
Я крепко сжимаю его руку, пока не слышу, как хрустят кости, а затем резко отпускаю ее, а Ронан с легкой улыбкой приподнимает бровь. Вероятно, он ожидает от меня ответа, но я не собираюсь ничего говорить.
Грейсон приобнимает меня за плечи и направляет в сторону от них, а когда мы спускаемся по другой лестнице, следует за мной через кампус.
– Разве у тебя нет других дел, кроме как присматривать за мной? – спрашиваю я, не скрывая раздражения.
– Ты похож на бомбу, которая вот-вот взорвется, так что… – он пожимает плечами, – да, других дел у меня нет.
Я хмыкаю и делаю еще один глоток кофе. На самом деле напиток не так уж плох, но у него довольно необычный вкус. Кофе должен быть похож на кофе, а не на сахар. И горячим, а не еле теплым.
