С каждым осторожным движением мы слышали мягкий отзвук шагов и приглушенный шепот. Когда мы подошли ближе, я мельком увидел нескольких стражников, сбившихся в кучу, один другого взволнованнее.
Они стояли перед блоком с темницами. Из-за стальных прутьев доносился запах гниющей плоти, от которого у меня скрутило живот.
Я бросал взгляд то на одну, то на другую темницу, пытаясь разглядеть хоть намек на то, что среди узников была и моя сестра.
Я оглянулся на Кая, но он покачал головой. Он посмотрел на стражников, и лицо его помрачнело.
Я бы ни за что не оставил ее в этом аду.
Я шагнул вперед. Кинжал свободно болтался в моей руке. Все стражники обернулись на меня.
– Добрый вечер, джентльмены!
Я протянул им руки и улыбнулся так, что наверняка показался им таким же безумцем, каким ощущал себя в тот момент.
– Кажется, у вас есть кое-что, что вам не принадлежит.
– Дейкр!
Я услышал, как кто-то задыхающимся шепотом прошептал мое имя, и пробежал взглядом по темницам. Наконец я увидел ее.
Мои темные глаза встретились с ее ярко-зелеными, так похожими на отцовские. Хоть она и стояла на коленях, вцепившись руками в прутья клетки, где ее заточили, я вздохнул с облегчением.
– Твоя, что ли? – спросил долговязый стражник, с мерзкой ухмылкой переводя взгляд с меня на сестру. – А ты везучий ублюдок! Они с подружкой скрасили собой все то отребье, что мы обычно сюда притаскиваем.
Я оскалился и сжал в руке клинок, но этот кретин не унимался:
– Кто бы мог подумать, что какая-то поганая мятежница может оказаться такой лапочкой?
Он присел на корточки поближе к сестре, и его лицо оказалось чересчур близко к ней. Тут я не выдержал.
Кай тоже.
Я метнул кинжал, острие вонзилось в шею стражника, и тут же кругом поднялся переполох.
Черный дым Кая окутал помещение таким темным туманом, что им едва ли удалось бы нас увидеть. Я обратился внутрь себя и призвал свою силу, пробудив ее к жизни.
Я ощутил на языке привкус пепла от фонарей, горящих возле охранников, и втянул его в себя.
Легкие наполнились дымом, и я отдался ему. Он поглощал меня до тех пор, пока мне не стало трудно дышать.
Только тогда я отвел руку, и воздух вокруг меня загудел от магии.
Один из стражников бросился на меня. Его меч просвистел мимо моего уха, но я не дрогнул. Воздух вокруг меня затрещал, и я схватил его клинок. Металл начал плавиться в моей руке, а затем я вырвал у стражника меч и ударил его рукоятью в живот.
Стражник упал на землю, ошеломленно глядя на меня, но я уже перешел к следующему.
Казалось, магия Кая напевала хором с моей. Тьма внутри каждого из нас без труда признала саму себя. Мне не нужно было на него смотреть, чтобы ощутить вкус смерти, которую он оставлял за собой, следуя мимо стражников.
Другой стражник, одетый с иголочки в форму королевских цветов, бросился на меня с поднятыми руками. Между его пальцами плясали яркие голубые искры. Они потрескивали электричеством и обвивались вокруг его клинка.
Он вонзил кинжал мне в бедро, а я схватил его за горло. Я и думать не смел о боли и магическом шоке, вызванном соприкосновением его кожи с моей. Вместо этого я сосредоточился на том, чтобы схватить его покрепче, и на том, как легко моя кожа обжигала его, словно я прижимал к нему пламя фонаря, освещавшего комнату.
Сдавленный крик стражника эхом разнесся вокруг. Наконец он оборвался вместе с магией. Я повалил тело на землю и вытащил из бедра его клинок. Из раны немедленно хлынула кровь. Этим же клинком я нанес удар другому стражнику, который пытался сбежать.
Я прижал горящую руку к ране и прижигал кожу, пока кровотечение не остановилось.
Эти люди были в ответе за то, что держали мою сестру за решеткой, так что ни один из них был не жилец.
Пламя внутри затуманивало мысли и настаивало на том, чтобы я сжег их всех. Его подпитывал мой собственный гнев; от него пламя распространялось, облизывая каждую клеточку.
Я потянулся к стражнику, который посмел заговорить о моей сестре. Мой кинжал по-прежнему торчал из его шеи, а глаза были широко раскрыты от ужаса. Я схватил его за воротник формы и приподнял, пока кончики наших носов не соприкоснулись.
– Так что ты мне говорил?
Я процедил эти слова сквозь зубы, но он не смог мне ответить. Кровь капала из его рта, и этого было недостаточно.
Его глаза забегали вокруг нас, но когда он посмотрел на Рен, я одним рывком повернул его к себе.
– Не смей на нее смотреть.
Я с такой силой вцепился в его форму, что костяшки пальцев побелели.
– Ты недостоин смотреть на нее. Будешь смотреть на меня, пока в твоих глазах не угаснет последняя искра жизни.
Кай почувствовал, что я теряю контроль, и ринулся ко мне сквозь хаос, окутывая дымом оставшихся стражников и ослепляя их. Он выпустил щупальца тьмы, которые обвились вокруг их шей. Кай сжимал их до тех пор, пока я не услышал негромкий хруст сломанных костей.
Даже несмотря на то, что они тоже владели магией, ее было недостаточно, чтобы противостоять Каю.
С каждым глухим стуком и треском я делал вдох и пытался высвободить пламя, ожившее внутри меня.
Униформа, зажатая в моей руке, от этого прикосновения превратилась в пепел.
