– Нина, сегодня на уроке ты сказала, что у тебя, Улы и Алека одинаковые родимые пятна. Это так?
– Так, конечно! Я что же, врать буду?! – воскликнула Нина. – Алек, скажи! А то они нас обратно отправят как обычных!
– По правде говоря, я его никогда не видел, но Нина считает, что у неё точно такое же, – оправдался Алек, его удивило, что вместо обещанного переписывания свитков ему устроили очную ставку с сестрой.
Ула заметила, что у Амандин Ронделе трясутся руки и даже Сорланд едва сохраняет самообладание.
– Нина, дорогая, – шепнула Ронделе, – я вынуждена попросить тебя показать нам пятно, если ты не против, деточка! Но я очень надеюсь, что ты не будешь против, потому что это очень-очень важно!
– Без проблем! – ответила Нина, словно учителя каждый день просили её показывать родимые пятна.
Девочка задрала край футболки, и все присутствующие увидели справа под рёбрами коричневое пятно в виде изящного птичьего крыла. Наставница ветви ведьм прикрыла рот рукой и странно замычала. Нина заправила футболку за пояс и уставилась на учительницу с лёгким недоверием.
– Нина, ты считаешь, у твоего брата такое же родимое пятно? – спросил молчавший до этого Сорланд.
– Да. На спине. Под лопаткой, – предвосхитила Нина все следующие вопросы. Она встала, обошла стол и ткнула брата пальцем в спину.
– Вот тут. Снимай рубашку! Чего они не верят?! Покажи.
Алек послушно поднялся и задрал рубашку. Точно такое же, как у сестры, пятно красовалось у него на спине.
– У вас есть другие родимые пятна?
– Другие не похожи, – отмахнулась от него Нина, словно учитель менял интересную тему на скучную.
Сорланд всё же настоял на своём. Нине пришлось рассказать, что у неё есть красная клякса на предплечье, а Алек предъявил белую черту на подошве ступни. Сорланд кивнул, велел Алеку надеть ботинок и обратился с аналогичными вопросами к Уле.
– Моё за ухом.
Когда близнецы показывали пятна, Ула тотчас узнала в них своё, только в зеркальном отражении. Ула повернулась спиной и собрала волосы так, чтобы открыть шею, ухо и часть затылка, там, где волосы были белоснежными.
– Почему вы все решили, что оно такой же формы? – удивился Сорланд, который никак не смог бы разглядеть под волосами точный контур.
Ула молча достала из сумки дневник и из кармашка в дневнике фотографию.
– Ох, – только и нашлась что ответить Ронделе.
– Других пятен у меня нет. Ни красных, ни синих, – на всякий случай добавила Ула.
Сорланд молча встал из-за стола и подошёл к секции «Каталоги, справочники, атласы», он поискал глазами нужную книгу, но, чтобы достать её, учителю пришлось подкатить лестницу и подняться к самым высоким ярусам. Оттуда, с четвёртой сверху полки, он вытащил увесистую книгу в жёлтом переплёте.
Сорланд попытался найти нужную информацию, не спускаясь, но книга была настолько тяжёлой, что он её чуть не уронил. Тогда он вернулся к столу с «Атласом перемещений», как было написано на обложке. Учител
– Это невозможно! – воскликнула Амандин Ронделе, когда они наконец открыли страницу с похожим на крыло рисунком.
Сорланд повернул книгу к себе, бегло пробежался по тексту, после чего захлопнул атлас с гулким звуком.
– Это не невозможно – это попросту ничего не доказывает, Амандин.
– Всё доказывает! – возмутилась Нина. – Тот рисунок точь-в-точь как наши пятна! Значит, вы обратно нас не выгоните!
Сорланд вздохнул.
– Никто не собирается возвращать вас на прежнее место жительство, Нина.
– Чего же вы тогда так растревожились?
– Мы кое-что предположили, но потом поняли, что наше предположение ошибочно, – Сорланд посмотрел на Ронделе, та в знак согласия закивала. – А теперь послушайте. В нашем мире действительно существуют так называемые родимые пятна, но, чтобы разобраться с вашими, нужно изучить больше одной книги. Обещаю, мы займёмся этим и, как только поймём, что ваши родимые пятна означают и почему они одинаковые, вам всё обязательно разъясним. Договорились? А вы, в свою очередь, пообещаете никому о пятнах не рассказывать и никому их не демонстрировать. Не сомневаюсь, что справитесь! Пятна бывают разные, безобидные и опасные. Появляются они на теле тоже разными способами, не всегда по рождению, иногда по желанию. От недоразумений и слухов лучшее средство – молчание!
Словно в подтверждение серьёзности слов учителя, Сольфальшио ударил по литаврам, гулкий звук раскатился по школе, и коридоры мгновенно заполонили ученики.
