На следующей перемене Ула вернулась в библиотеку. Первым делом она поднялась к тем полкам, на которых Сорланд нашёл книгу. На месте атласа зияла пустота, второго такого же рядом не было. За библиотекарской конторкой хозяйничал Григориос Пантазис, и Ула спустилась расспросить пожилого вампира. Здравый смысл подсказывал, что спрашивать прямо про «Атлас перемещений» будет опрометчиво. Эту книгу вряд ли выдавали первокурсникам. Поэтому Ула ничего лучше не придумала, кроме как узнать, где искать литературу для доклада о дефектах на коже. Пантазис посмотрел на ученицу сверху вниз, вскинул густую бровь и поинтересовался, давно ли ученикам Корнуфлёра дают такие задания. Пришлось оправдываться в незнании общего языка и что под дефектами кожи она имела в виду травмы оборотней при обращении. Пантазис понимающе кивнул и посоветовал искать в секции кентаврики.
Шарообразный живот библиотекаря выступал вперёд прямым доказательством того, что высокую кухню Пантазис ценил ничуть не меньше высокого слова. Пока Пантазис и назойливая первокурсница общались, библиотекарский живот сдвинул со стола стопку газет, и взору Улы открылась жёлтая обложка «Атласа перемещений».
Если книжку отложил кто-то из учеников, рассудила Ула, то пока стоило поискать ответы в других источниках. Она решила начать с секции общей магической литературы. Искать отдельно в секциях оборотней или вампиров Ула смысла не видела, если они трое были представителями разных ветвей, то и ответы хранились где-то в общих справочниках.
«Вот это для начала подойдёт», – подумала Ула, когда ей на глаза попалось название «Фольклор и верования Объединённых территорий». Она сунула сборник под мышку и продолжила поиски.
Ула двигалась вдоль полок и читала названия на корешках одно за другим, пока не дошла до буквы П, где справа от трудов Э. Вердемара «Посыльные и почтовые пудры» стоял толстый самоучитель «Мимикрируй и маскируйся». «Эта тоже пригодится», – подумала Ула и потянула тяжёлую книгу на себя. В тот же момент сквозь опустевшее место между книгами на Улу уставилась пара карих глаз. Будь самоучитель полегче, Ула вернула бы книгу не раздумывая, но тяжёлый том приходилось держать двумя руками, да ещё и сборник фольклора в гладкой обложке так и норовил выскользнуть из-под мышки. Обладательница карих глаз обошла стеллаж и заслонила проход.
– Ты что тут ищешь? – спросила Нина по-хозяйски, словно это была её личная библиотека.
– Я… – растерялась Ула, но дальше сказать ничего не успела – её перебил Алек.
– Не поверишь! Атлас увели из-под носа! Пантазис говорит, его забрали на реставрацию обложки. Я проверил все полки, второго такого нет.
– Он обманывает! – вдруг вырвалось у Улы.
Она ответила совершенно машинально, не подумав, что Алек говорил с Ниной на их родном языке. Повисла неловкая пауза. Близнецы уставились на Улу, раскрыв рты.
– Ты говоришь по-русски?
– Немного, – Ула смутилась, это выглядело так, словно она всё время за ними шпионила. – Я жила в Москве несколько лет.
– Зачем ты нас обманывала? Никогда об этом не рассказывала, – Нина упёрла кулаки в бока.
– Никого я не обманывала, – оправдывалась Ула. Угораздило же вот так нарваться на этих двоих. – Вы не спрашивали. Вы вообще со мной не разговаривали, только дразнились и обзывались! – Ула не на шутку разволновалась и остановиться уже не могла. – Я и не думала тогда смеяться над вашей одеждой, это вышло случайно, я сразу хотела извиниться, но вы тут же посмеялись над моими глазами. И с мандарином, он попал почти что в голову Ламетте, она думала, это я бросила, потому что так сказала Пеларатти, а Чалис потом испугалась и рассказала правду. Мне жалко, что так вышло. Простите! Но, вообще, что хотите, то и думайте!
Ула едва сдерживала слёзы. Она развернулась, чтобы уйти, но добавила:
– Атлас лежит у Пантазиса на столе под сегодняшним «Рупором анклава».
Алек строго посмотрел на сестру, та отвела глаза. Вместо ответных извинений Нина остановила уходящую Улу вопросом:
– Чего же Пантазис нам соврал?
– Возможно, Сорланд и Ронделе попросили не выдавать атлас ученикам какое-то время. Сорланд ведь сказал, что, если станет известно о пятнах, у нас будут серьёзные неприятности.
– Но нам нужен этот атлас! Как иначе мы узнаем, что значат эти наши пятна? Не похоже, что учителя собираются нам что-нибудь объяснять, – возмутился Алек.
– Мы его стащим!
– Украдём? – опешила Ула.
– Крадут насовсем, а мы на время заберём и вернём, – пояснила Нина.
Посовещавшись ещё, троица пришла к выводу, что стащить атлас у Пантазиса – единственно верное решение. Таким невероятным образом Ула оказалась в кругу заговорщиков, и кто бы мог подумать, что её сообщниками станут Нина и Алек Афанасьевы, эти неприветливые и задиристые близнецы.
Сначала дело не клеилось, Нина предлагала слишком радикальные решения. Например, она хотела набросать мандариновую кожуру по полу, чтобы Пантазис поскользнулся.
– Он сильно ушибётся, а если повезёт, то и сломает что-нибудь! Тогда ему будет не до книжек!
