– Как же я ей это скажу, Сев? Как мне ей сказать то, что у тебя микроинсульт был, если я ей до этого чуть ли не каждый день твердил, что ты пьяный.
– Скажи как есть. Скажи, что ошибался.
– Ты что, правда считаешь, что я целый месяц ошибался и не мог отличить пьяного человека от больного?
– Да!!!
– А капельницы, а коньяк, за которым я тебе бегал днями и ночами? А тележка, на которой тебя, как в жопу пьяного падишаха, таджики домой от деревенского магазина привозили? Это как, по-твоему?!! А может, мне ей еще что-нибудь сказать?!
– Скажи, что здесь никакой Светки не было!
– А это как, по-твоему, я скажу?!
– Скажи, что ей это просто показалось – померещилось…
Вот тут то я первый раз и задумался всерьез, а с головой-то у моих новых соседей все ли в порядке?
– Ты знаешь, Сева, не скажу – сам оправдывайся… Ты меня что, совсем за идиота держишь?!
– Вадим, ты что, тоже не веришь тому, что я не пил и что у меня был микроинсульт?
Вместо ответа я опустил голову и нехотя ударил ломиком об лед. Бросить, что ли, все и уйти домой от этого придурка?! Но ледяные брызги отскочили ото льда и разлетелись в разные стороны, а часть из них угодила мне прямо в лицо, и у меня зажгло на щеках, и еще один раз ударил ломиком и подумал: ну и стервец же этот скульптор, коего свет белый не видывал… Ну не сука ли? Ну не падла ли?
Такого я в своей жизни еще никогда не встречал – так это точно… Хотя, с другой стороны, и сам бухал, и сам с удовольствием врал и легенды сочинял, и не единожды, но не до такой же степени цинизма. Пред пацанами – своими друзьями, я никогда такого тупого не включал… А может, он шутит со мной? Я еще раз – теперь уже для верности, посмотрел – теперь уже прямо ему в глаза… Вы знаете, нет – он не шутил, я смотрел на его сосредоточенное лицо и понимал, что Всеволод был серьезен, как никогда!
Еще через пятнадцать минут мне окончательно стало ясно, что лед долбить мне придется теперь одному. Сева куда-то смылся и обратно к гаражным воротам так и не возвернулся…
Прошло полчаса, я дошел ломиком до плитки. Отставил ломик в сторонку, ухватился обеими руками за ворота и поднатужился. Ворота поддались моему натиску, сдвинулись с места, заскрипели ржавчиной и открылись настежь… Сева завел машину, выехал из гаража и уехал к жене и дочке в район Гольяново – только я его и видел… Ну и ну! Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!!!
– Добрый день, Вадим, это тебя Людмила беспокоит – мама Марты, с Новым тебя годом!
– Здравствуй, и тебя также с Новым годом!
– Как там Всеволод поживает?
– Нормально. Вчера он к Анне уехал.
– Как у него со здоровьем, он мне сказал, что у него три недели назад был микро-инсульт?
– Наверное, был, раз говорит. Но сейчас все вроде бы в порядке…
– Здорово, это Серега с Фрунзенской.
– Здорово, Серый.
– Как там наш подопечный поживает, он мне пару дней назад сказал, что у него был инсульт???
– Здравствуйте, Вадим, это Марта, вторая жена Севы. Мне Всеволод вчера ска… Я перебил Марту:
– Знаю. Вам Володя сказал, что у него был микроинсульт!
– Да, а откуда вы знаете, что он мне это сказал?
– А вы сами случайно не догадываетесь?! Он, похоже, всем подряд это сейчас говорит. Наверное – и я так думаю, по Москве сейчас ни одного человека не найдется, который не знает о том, что у Всеволода Державина случился три недели назад микроинсульт!!!
Через месяц – февралем месяцем, я первый раз увидел Полину – дочку скульптора, девочку светлую. Всеволод и Аня решили крестить свою дочурку и позвали на крестины меня и мою супругу – разлюбезную Катерину Михайловну. Крестины были скромны собой и прошли без лишней на то помпезности. Крестили дочку Всеволод и Аня в селе Уборы, в местном храме. В ночь перед этим утром ударил мороз – да еще какой мороз!!! До минус тридцати градусов ночью доходило. Так что моей жене с утра пришлось прогревать машину лишних минут пятнадцать. Мы и опоздали на крестины минут на сорок. Так сильно припоздали, что когда вошли в Храм, то сразу оказались в неловком положении. Всеволод так сверкнул глазами в нашу сторону, что меня чуть током не ударило, и я весь содрогнулся и съежился – и чуть под лавку рожу от стыда и страха не засунул. К этому моменту все что надо было уже священником прочитано и отрезано и Полину три раза окунули в купель. По окончанию чина крещения возле Храма был сделана групповая фотография. На коей нам с женой места так и не нашлось…
После чего мы всем скопом – на четырех машинах, направились в дом скульптора, для того чтобы за праздничным столом отметить это дело…
Отношения между Севой и Аней к февралю месяцу приобрели характер затянувшихся и бесконечных извинений со стороны Всеволода и попреков со стороны Анны в его сторону. Охарактеризовать такого рода взаимоотношения можно одним емким словом – болото.
Всеволод то жил пару дней у нее в Москве, то приезжал в деревню на один – два дня. Сказать, что все это время Всеволод страдал, это значит не досказать. Имя Анны не сходило с его уст, но языка общего со своей женой ему найти так и не удавалось.
