Дверь открыли не сразу — стоя на лестничной клетке, Илья ощущал, как в душе разрастается паника. На мгновение он почувствовал себя вещью, которую внезапно выбросили, за ненадобностью. Наконец, после третьего звонка на пороге появилась Женя в домашней футболке и широких цветастых шароварах.
— Илья! Вот это сюрприз! — удивленно улыбнулась она.
— Таня… дома? — поинтересовался Илья, пропустив приветствие.
— В смысле?
Илья чуть раздраженно посмотрел на собеседницу.
— В прямом — я к Татьяне.
— А разве… она не с вами? — изумленно переспросила Женечка.
— Если это какой-то дешевый трюк… — начал Илья. Затем бесцеремонно отодвинул Женю плечом и вошел в прихожую. Прислушался. Если не считать бормотания телевизора, несущегося с кухни, в квартире царила тишина.
За его спиной закрылась входная дверь. Илья обернулся — Женя внимательно смотрела на него, с трудом скрывая любопытство.
Он внезапно осознал, насколько сильно боится потерять Татьяну — одна мысль о том, что между ними все кончено, вызывала в нем тошноту и приступ дикого отчаяния. Он словно увидел себя глазами Жени — жалкого, сутулого, прибежавшего, словно брошенная псина, скулить под дверью. Прокашлялся и попытался напустить на себя независимый вид.
— Мы поссорились… — пояснил он чуть развязно. — Она трубку не берет… Я надеялся застать ее дома. Жень, а ты могла бы…
— Конечно! — кивнула брюнетка, достала из кармана своих шаровар телефон, набрала нужный номер и долго вслушивалась в несущиеся из трубки гудки. Наконец, отключилась и развела руками.
— А виделись вы когда? — поинтересовался Илья.
— Вчера вечером, мельком. Она забежала буквально на полчаса, переоделась и выпорхнула. Я думала, к вам… — сказала Женя озадаченно.
Отлично! Глупый мелодраматический сюжет сделал очередной зигзаг — Татьяна не ночевала дома. Может, у нее и правда есть любовник?
— А вдруг с ней что-то случилось! — охнула Женя.
— Давайте не будем драматизировать раньше времени. Куда еще Таня могла поехать?
— У нее подруга, с работы, в Подольске живет. Танюшка иногда к ней наведывается…
— А телефона подруги вы, конечно же, не знаете.
Женя отрицательно покачала головой. Илья хмыкнул, потер переносицу.
— Давайте так, — предложил он, — вы мне сейчас сделаете вкусного чаю — у вас же есть чай? А я пока подожду Татьяну здесь. В ее комнате, — он глянул на часы. — Половина девятого, не вечно же она будет скитаться по подмосковным лесам. Вернется домой, а тут я, такой красивый, ее жду. Идет?
Женя улыбнулась, кивнула.
— Пуэр любите?
Комната Татьяны, в которую Илья проник без спроса хозяйки, поразила его аскетизмом. Чуть вытертый паркет, который иногда встречается в крохотных двухкомнатных хрущевках, светлые стены, два одинаковых стеллажа из «Икеи», заставленные книгами, тетрадями и эскизами, недорогой диван, купленный явно в комплект к стеллажам, высокий зеркальный шкаф, рабочий стол, на котором лежали ноутбук и графический планшет. Никакой свойственной девицам мишуры, типа плюшевых игрушек, обилия собственных фото в рамочках или развалов коробок с бижутерией и косметикой — комната была даже слишком простой. Илье эта простота понравилась.
У окна стоял холст на подрамнике, с начатым эскизом. Илья с любопытством подошел поближе — это был новый портрет. Странным образом черты лица человека на холсте показались ему знакомыми. Серые, чуть прищуренные глаза, тронутый легкой улыбкой рот… Да это же его лицо! Илья потрясенно вгляделся в рисунок. Портрет был еще весьма схематичен, тонкие линии на белом фоне, но выражение лица, прищур глаз были схвачены очень верно. Илья улыбнулся — он очень живо представил себе, как Татьяна, стоя у холста, сосредоточенно наносит на него первые штрихи.
— Эмм… Жаль, что вы увидели… — произнесла возникшая на пороге с чашкой в руке Женя. — Танюшка вам хотела сюрприз сделать…
— Сюрприз удался, — произнес Илья, разглядывая портрет.
Никто и никогда еще не рисовал его портретов. Пара дружеских шаржей от однокурсников, еще в Суриковке, или фотосессии для глянцевых журналов не в счет. Сам Илья нарисовал чертову кучу лиц, а вот его лицо впервые оказалось на холсте… Со стороны хозяйки скромного жилища это было почти признанием в любви!
Его внезапно отпустило. Да все у них с Танюшей отлично! Ну поссорились, сейчас она вернется, и помирятся. Подумаешь, неприятные рецензии! Ерунда какая! Таня — девушка неглупая, наверняка уже все поняла. Похоже, он сам накрутил себя до почти невменяемого состояния, Гамлет хренов!
Илья улыбнулся, забрал у Жени чашку, сделал глоток.
— Шикарный пуэр! — похвалил он. Отступившая тревога еще отзывалась где-то в районе солнечного сплетения холодком, но глоток горячего чая окончательно ее развеял.
— Вы тут располагайтесь, я вам мешать не буду, — прикрыв за собой дверь, Женя ушла.
Илья постоял посреди комнаты, с удовольствием отхлебнул чая из чашки, еще раз с теплотой оглядел простой интерьер, внезапно показавшийся ему таким родным и знакомым. А потом придумал, как ускорить время до возвращения Татьяны. Нужно просто лечь спать. А когда он проснется, она будет сидеть рядом и держать его за руку.
