— Полагаю, мне нужна та, с кем я был бы не прочь прожить всю оставшуюся жизнь, хотя до войны я даже не помышлял о женитьбе.
— Почему нет?
Он ухмыльнулся.
— Слишком много морей, которые нужно переплыть, и слишком много красивых женщин, за которыми нужно поухаживать.
По крайней мере, он честен, отметила она.
— Так что же заставило вас передумать?
— Эта война и все смерти, которые она принесла. Я хочу, чтобы кровь и жертвы моих родителей и их предков до них продолжали жить в моих детях и в детях, которых произведут на свет мои братья. Я не смогу обеспечить это наследие, если не женюсь.
Сэйбл подумала о Мати и других женщинах из своей родословной. Кажется, королев больше не будет. Сэйбл не собиралась выходить замуж, и, если ее брат Райн никогда не вернется, семейная линия оборвется на ней.
— Ходят слухи, что вы очень богаты, — прокомментировала она.
Рэймонд, казалось, оценивал смысл ее слов.
— Мысль о моем предполагаемом богатстве делает меня более желанным в ваших глазах?
— Нет. Я просто предполагаю, что вы выберете жену из своего круга.
— Не обязательно.
Пристальный интерес в его взгляде заставил ее вернуться к еде.
К тому времени, как они закончили, Патрик с трудом удерживал глаза открытыми. Сэйбл усадила его к себе на колени, и он тут же крепко заснул.
Рэймонд встал и протянул к нему руки.
— Дайте его мне, — мягко приказал он. — Пусть поспит на раскладушке.
Сэйбл удивилась такому проявлению рыцарства, но передала спящего мальчика на руки майору. Он отнес Патрика к койке.
— У вас есть какие-нибудь предложения по поводу того, что мне следует с ним сделать?
Он укрыл мальчика одеялом и молча вывел ее на улицу, чтобы не потревожить сон мальчика.
— Утром, — сказал он, — я посмотрю, есть ли у Андре время на поиски. Может быть, ему повезет больше.
— Спасибо.
— Просто пытаюсь заслужить свою награду.
Она усмехнулась и отвела взгляд. Она снова посмотрела на него в свете факелов, воткнутых в землю перед палаткой. Он был здесь довольно важным человеком. Мысль о том, что чернокожие занимают руководящие посты, была еще в новинку для женщины, недавно освободившейся из рабства. Она поняла, что вступит в совершенно новый мир как свободная женщина.
— Куда могут пойти люди, если уедут отсюда? — спросила она.
— Трудоспособные мужчины могут присоединиться к боевым действиям, работать с армейскими инженерами в качестве чернорабочих или заключить трудовой контракт на федеральной плантации по выращиванию хлопка для Союза. Некоторые из черных полков, подобных тем, что дислоцируются здесь, защищают поселения контрабандистов от набегов повстанцев и мародерствующих войск Союза.
— Войск Союза?
— Да, известно, что они нападают на поселения, подобные этому.
— А что насчет беглецов, которые остаются? Что с ними происходит?
— Некоторые не выдерживают здешних условий и возвращаются к своим хозяевам. Большинство из них просто ждут, когда правительство определится с политикой, которая предложит им помощь, чтобы они могли начать свою свободную жизнь.
Сэйбл не могла знать, действительно ли правительство вмешается, но все, что она слышала о мистере Линкольне, указывало на то, что он обладал состраданием, поэтому она надеялась, что у него был план для рабов, которых он освобождал.
— Вы тоже беглый раб? — спросила она.
— Нет, я всю свою жизнь был свободным человеком.
— Всю вашу жизнь?
Он кивнул.
Эти слова удивили ее, потому что она никогда не встречала никого с Юга, кто не был бы рожден рабом.
— Каково это — быть свободным?
В мерцающем свете факелов он пожал плечами.
— Нелегко жить в стране, которая так низко ценит представителей нашей расы, но я человек моря. Я слишком много повидал в мире и слишком многого достиг, чтобы смириться с тем, что я всего лишь на три пятых мужчина.
— Однажды я ездила в Европу. Я думала, что океан никогда не закончится, но мне нравилось находиться на палубе, особенно на закате и рассвете. Запах моря, ветер в лицо… Если бы я была мужчиной, я бы стала моряком.
Он ухмыльнулся.
— Это тяжелая работа.
— Я в этом не сомневаюсь, но быть хозяином своей жизни, приходить и уходить, когда тебе заблагорассудится — работа при таком раскладе была бы второстепенной.
В этот момент он пожалел, что не джинн, который мог бы наколдовать им обоим корабль, на котором они могли бы отправиться в кругосветное плавание. Он показал бы ей Египет и Баию, Карибские острова и Китай. Он хотел увидеть восхищение в ее зеленых глазах, когда он вел бы ее мимо водопадов, таких впечатляющих, что у нее перехватило бы дыхание, и через горные каналы с утесами, такими высокими, что они касались неба.