Мужчина замолчал, но, похоже, лишь для того, чтобы сместить свою правую руку и положить ее сверху на тыльную сторону ладони Лины. Таким образом, он полностью ее сокрыл под собственной мощной и широкой ладонью, в свою очередь, прижав длань Лины к ласкающейся, шелковистой поверхности травы. И, наконец-то, отвел от нее взгляд так, что и мне удалось развернуть голову и взглянуть на чуть колеблющуюся зыбь озерной воды, отражающей, кажется, в себе не только светящуюся полосу света охватывающего небосвод, но и оттенки голубо-розового, и миллиарды звезд в виде ярких проблесков мельчайших точек.
— Знаешь, любимая, — вновь заговорил мужчина, сказанным и вовсе вызывая во мне чувство острой ревности. — Думается мне, что Вселенной не зачем создавать отражение Галактик, — продолжил он, и собственными мыслями, высказанными вслух, также мгновенно снял с меня раздражение, так как заговорил о том, что становилось интересным. — Не зачем создавать подобные друг другу системы, планеты на которых живут в схожих обществах люди. Системы, планеты, общества подобные и, одновременно, зеркальные один относительно другого. А значит имеющие полярные общественно-политические формации, уровень производства, нравственные устои. Возможно даже антагонистические мировоззрения, традиции, исторический путь. Тем более эта концепция разработанная Дари Дедил становится несуразной с точки зрения расположения вторичной нам Галактики. Почему она должна находится на ином конце диагонали, расположенной относительно одной из главных осей описанного в трехмерном пространстве эллипса? Почему, например, не соседничает с нашей Галактикой или хотя бы входит в Местную Группу галактик. Может оно как данное расположение и вовсе будет невозможным вычислить? Как в понимание ее положения, так и самого существования.
Беловук снова смолк, вероятно, он хотел, чтобы его мысли оспорила Виклина, или хотя бы высказалась. Но так как я ее заместил или заслонил собой, нейронными связями мозга, личностью, душой, она молчала.
Молчал и я.
В отличие от Беловука, понимая, что данная теория зеркально-диагонального отражения Галактик может быть истиной, и подтверждена моим перемещением. И может быть, всегда ошибались земляне, разыскивая Антиземлю, Глорию, Нибиру, обращающуюся вокруг Солнца по орбите, что и наша Земля в противоположной, диагональной точке, а правы именно жители Радуги. Так как мыслили масштабнее, значительнее, потому располагали во Вселенной на противоположной точке относительно Млечного Пути, точно такую же Галактику.
Астрального двойника в виде Галактики, системы, планеты, меня, как отдельной составляющей этой в целом огромной Вселенной.
Ведь не зря на небе сейчас туманное свечение Млечного пути. Не зря из зимнего периода я попадал в лето, из мужчины в женщину, из сна в бодрствование, из гавнюка в человека высокой моральной нравственности. Из общества капиталистического, отягощенного религиозным суеверием, в общество коммунистическое (явно коммунистическое), основанном на вере в собственные силы.
Я молчал еще и потому как сейчас мог единым вздохом рассказать Беловуку о своем мире, о перемещение и тем самым подтвердить идеалы моей Лины. А может быть своим рассказам мог подвести эту чудную девушку, нежный запах напитанный сладостью цвета и ароматом миндаля которой я помнил все дни, и нес в своем мозгу, личности, душе. И этот чудесный зеркально-отраженный мир, наполненный розоватыми тонами небосвода точно всем своим видом, свежим воздухом, негромкими звуками демонстрировал лучший, совершенный образ жизни, а потому, наверно, и казался мне розовым. Легкий ветерок, будто прибавивший в силе, касаясь кожи Виклины, нес на себе слегка кисловатый дух озера и пряность травы, что переминали ее пальцы, а в сочетании с непрекращающимся стрекотом сверчка, раскатистым покряхтыванием хора лягушек и изредка подпевающей ему птахи, и вовсе делал это место, эту девушку недосягаемо прекрасной. И не столько в понимании удаленности самой Галактики, сколько в ущербности меня, бывшего всегда избалованным эгоистом и бессовестным хамом.
Мой взгляд, словно ощупывающий поверхность воды озера, медленно сместился вверх и вновь прошелся по белесой туманной полосе Млечного Пути, к собственному удивлению выудив по его длине знакомое созвездие Кассиопеи, похожее на английскую букву дабл ю, на привычном ему месте. И замер на ней, такой остановкой, точно делая саму теорию разработанную Дари Дедил в собственных глазах подтвержденной практически.
— Ты, молчишь, дорогая, — после значительной паузы отозвался мужчина. Он теперь смотрел вдаль, пропуская и саму зыбь серебристой воды озера, уткнувшись взглядом в рубеж горизонта. — Ну, хорошо, любимая, и не станем о том спорить. Оставайся при своем мне мнении, я не стану тебя переубеждать. Каждая мысль, воззрение или догадка имеют право на существование. Ведь у нас в обществе первенствующее значение имеет свобода воли, суждений, мировоззрений.
