Незадолго до наступления учебного года Лиля уволилась из школы, где работала всё время после окончания университета. Ей надоели бесконечные разговоры о предстоящем экзамене по эстонскому языку, который вскоре предстояло сдавать всем учителям, и вся эта история с насильственной ассимиляцией. Лиля родилась в Эстонии и худо-бедно говорила по-эстонски, хотя в Нарве особой необходимости в этом не наблюдалось. Но она точно знала, что официальный экзамен по государственному языку ей не сдать.
Никакого беспокойства по поводу своего увольнения Лиля не испытывала. Учителю английского (основной язык) и немецкого (второй язык) остаться без средств к существованию не угрожало. На кусок хлеба с маслом и даже с сыром можно было заработать репетиторством. Русскоязычная молодёжь, отчаявшаяся найти в родном городе достойное применение, а также люди более зрелого возраста, которых в Нарве особо ничего не держало, уезжали в более благополучные страны — в Северную Европу или в Германию. Однако для этого требовалось какое-никакое владение иностранными языками. Поэтому ученики, не испытывающие недостатка в мотивации и вынужденные изыскивать необходимые средства, у Лили не переводились. К тому же, она была хорошим преподавателем. Так что трудозатрат у неё стало меньше, а доход, наоборот, вырос. У Лили даже появились «лишние» деньги, и ей больше не приходилось сводить концы с концами, хотя особой радости это не доставляло.
Во время Рождественских праздников Лиля ещё как-то оживилась — её подруга принимала активное участие в традиционном музыкальном фестивале, и целыми вечерами можно было тусить со Стеллой в «Женеве». Но праздники закончились, и на Лилю снова навалилась одиночество и пустота. Рядом с ней не было ни одного по-настоящему близкого человека.
Когда инфаркт свёл в могилу деда, Лиля была ещё мала. Маминого отца девочка очень любила, ведь своего она не знала. Но смерти деда Лиля не видела, для неё это было просто исчезновение. Она постоянно спрашивала маму, где дедушка. Мама ей отвечала, что дедушка умер, его похоронили, вот его могила. Лиля усвоила, что раньше дедушка был с ними, а теперь он в могиле. И она горевала, но не о смерти деда, а о его отсутствии. Осознание, что дедушка, лежащий в могиле, оказывается, умер и никогда-никогда не вернётся, пришло лишь через несколько лет.
За два года, прошедших со смерти мамы, Лиля так и не смирилась и не справилась со своей утратой. Мама, с большими трудностями растившая её в одиночку, отдававшая ей всю свою любовь и заботу, сделавшая её смыслом жизни, всегда была самым близким, точнее, единственным по-настоящему близким Лиле человеком.
Лиля до сих пор с болью в сердце заходила в мамину комнату только для того, чтобы сделать там уборку. Все мамины вещи по-прежнему оставались на своих местах — пальто и платья висели в шкафу, бусы и броши лежали в шкатулке на комоде, на тумбочке стоял флакон с любимыми мамиными духами, а в ящике трюмо хранилась её косметичка с помадой, тушью и тенями. И у Лили не было никаких сил всё это куда-то деть.
