Да, её мама работала на круизных лайнерах, выходивших из Таллинского порта.
Нет, мама потом не вышла замуж.
Да, мама воспитывала её сама. Сначала помогал дед. Пока был жив.
Да, это была мамина идея назвать её Лилией.
Нет, она не знает никаких подробностей о своём отце, только то, что мама встретила его случайно, он был красив, иногда говорил стихами, и ей «снесло крышу».
Почему мама не сообщила, что беременна? Тогда это было сложно. И мама не была уверена, что этот мужчина поверит в своё отцовство, а если поверит, что это его обрадует.
Да, она всегда хотела найти своего отца. В детстве она до слёз завидовала девочкам, у которых были отцы.
Да, она хочет встретиться со своим отцом.
Нет, никаких проблем.
Да, она может вылететь в Рейкьявик, как только купит билет.
Нет, денег у неё достаточно.
See you, daddy[9].
<p>Часть вторая. 2.1. Лилья. В новом доме</p>
Будет ли добрым новый дом
там, где никто тебя прежде не знал?
Где лёд и камни горячих скал…
Лилья. Теперь её зовут Лилья… Судя по книге, мама так и хотела её назвать…
Меж нами только моё имя,
всё прочее дано не мне,
всё прочее пришло в помине,
в случайной встрече, в череде
событий, чей итог неявный,
когда свершалось, был не суть.
Но в имени моём жив явный
живой во мне ваш с мамой путь.
Эмоции, кипящие внутри Лильи, хлестали через край. Однако нужно купить билет на самолёт, и она свои эмоции приструнила.
Биенье сердца, трепет нежный
и трепет буйный между тем.
О, сердце, друг ты мой неверный,
тревожься, есть когда зачем.
А вот когда мне нужно б ловко
собраться и стремглав идти,
стучи себе легко, тихонько,
будь верным, этим живы мы,
я и мои стремленья-цели.
Я мало знаю их пока,
они бы птиц быстрей летели,
но нам добраться бы сперва.
Пара дней на сборы — и можно ехать. До Таллина добраться проблем нет — поездом или автобусом. Главное — самолёт в Рейкьявик.
Skyscanner выдал Лилье пару вполне симпатичных вариантов с пересадкой в Хельсинки. Лилью вполне устроил вылет из Таллина в 11:55, а в 16:30 по тамошнему времени она уже приземлится в аэропорту Кéфлавика (разница с североевропейским два часа? или три?).
В проникновенной толчее
я буду ждать тихонько встречи.
Тихонько будет только мне —
там будет гул шагов и речи.
Спешат, кто цельно, кто в суé,
Болтая с кем-нибудь по ходу.
И я средь разного народу,
и ты идёшь навстречу мне…
Через пару минут билет уже пришёл в электронный почтовый ящик, и Лилья снова дала волю своим эмоциям. Не глядя, который час, она позвонила Стелле (если подруга сегодня работает, звонок её не разбудит, а если у неё выходной, она всё равно раньше двух ночи спать не ложится).
Подруга не работала и не спала.
— Телька, привет! Представляешь, я отца нашла! В среду к нему улетаю!
— Ой, Лиль, привет! Какого ещё отца? Куда улетаешь?
— Своего отца. Собственного. Он исландец, в Рейкьявике живёт.
— Офигеееть… Ты, давай, рассказывай толком.
— Кстати, меня теперь Лилья зовут.
И Лилья довольно сбивчиво, но подробно поведала Стелле историю обретения своего daddy. Минут пятнадцать они обсуждали эту новость со всех сторон, пока до Лильи не дошло, что она ни о чём не спросила подругу.
