Видимо, сам Эру смилостивился над ним, потому что не пройдя и мили Торин увидел на снегу следы. Свежие. Человеческие, скорее всего. Быстро побежав по следу, он наконец увидел их обладателя. Мальчишка, маленький и щуплый, совсем бедно одетый, быстро обирал куст шиповника.
- Эй, малец!
Тот замер и медленно, боязливо, обернулся.
- Не бойся, я не причиню тебе зла. - Торин поднял руки ладонями вперед, подтверждая свои слова. – Ты живешь где-то рядом?
Мальчишка молчал, уставившись на него полным опаски взглядом. И Торин продолжил:
- Отведи меня к своему дому. Мой друг, эльф, умирает – ему нужна помощь. Он там… - Торин не успел договорить, как в лицо ему полетели высыпанные из котомки ягоды. Мальчишка бросился прочь. Выругавшись, Торин побежал следом, проклиная глупость людей и снег, в который постоянно проваливался – здесь, в низине, его было необыкновенно много, и там, где с легкостью бежал мальчик, Торин уходил вглубь чуть ли не на каждом шаге. В конце концов собравшись с силами, он сделал последний рывок и прыгнул к мальчишке, ухватив того за ногу. Малец орал как дурной, брыкаясь до тех пор, пока гном не взял его за ухо, поднимая на ноги. Тот жалобно запищал и наконец перестал вырываться.
- Так-то лучше, - досадливо проворчал Торин. – Ты, видно, не понял. Я не несу зла, мне всего лишь нужна помощь…
- Ты – гном! – с внезапной злобой выплюнул мальчишка. – Ты сам - зло!
Торин ошалело смотрел на зарвавшегося ребенка, пока накопившаяся за день усталость и страх за жизнь не прорвалась во вспышке гнева.
- Зло?! – вскричал он, сдавив ухо так, что мальчишка заревел. – Ты прав, я – зло, и ты у меня в руках. И если сейчас же ты не прекратишь орать и брыкаться, я разорву тебя на части, усёк?
Мальчишка закивал, глотая текшие по щекам слезы.
- Отлично! – Торин резко его отпустил. – А теперь говори, где твой дом?
- В низине у того холма, - промяукал ребенок, указывая в нужном направлении.
- Много там домов? Людей?
- Мы одни. Выжившие после битвы при Эреборе устроились ближе к озеру.
- Кто это «вы»?
- Я и мать.
- Хорошо. Отведешь меня туда. А сейчас следуй за мной!
Мальчишка плелся сзади, отирая со щек слезы, и больше не делал попыток к побегу. Торином же овладела надежда. Он шел быстро, почти переходя на бег, и когда достиг ельника и увидел Трандуила в том же положении, в котором его оставил, кинулся к нему чуть ли не со счастливым возгласом. Быстро облачив его в одежду, он поднял его на руки.
- Это правда эльф?
Глаза мальчика светились сомнением. Вероятно, эльфы никак не ассоциировались в его мозгу с уродливыми шрамами на лицах и мертвенной бледностью. И эта невинная фраза омрачила поднявшееся было настроение Торина. Он вновь нахмурился, однако раскрасневшийся, с опухшим носом, мальчишка выглядел сейчас так жалко, что Торин не смог сердиться дальше.
- Эльф, - всего лишь и проворчал он, – который умрет, если ему не помочь. Веди!
Мальчик всё еще вглядывался в лицо Трандуила с сомнением, однако заметив, что злой гном снова начинает хмуриться, поспешил выполнить указание. И часа не минуло, как они достигли старой, стоящей у подножья холма, хижины. Крыша ее порядком просела, но из подобия трубы шел дым.
Мальчик распахнул дверь, и Торин вошел вовнутрь.
- Не бойтесь! – предупредил он женщину, при их виде в испуге прижавшуюся к стене. – Я - Торин. А это Трандуил, повелитель лесных эльфов. Нужна помощь. Он умирает.
Торин старался говорить как можно более убедительно, но не мог не заметить, как недоверчиво и зло блеснули глаза женщины. Будь ситуация иной, он никогда не опустился бы до того, чтобы просить помощи у тех, кто его ненавидит. Вообще просить помощи. Но с рук его сейчас безвольно свисал Трандуил - легкий, словно пушинка, - и с каждой лишней минутой страх Торина за его жизнь возрастал.
- Есть тут кровать?
Женщина коротко кивнула в сторону. Торин перевел взгляд, оглядев ложе. Всего одно, широкое. Доски, покрытые каким-то тряпьем и рваным одеялом. Не имея другого выбора, Торин осторожно возложил на него свою ношу и только потом позволил себе оглядеться. Хижина была убогой, очень старой, подобной охотничьему домику. Так оно и было, наверное, ведь до Дейла и Эсгарота расстояние было приличным. Всего одно окно, затянутое, судя по сочившемуся из него тусклому свету, бычьим пузырем. Печь, которая нещадно дымила и на которой томилась кастрюля с, судя по запаху, каким-то рыбным варевом. Некстати в голову пришла мысль, что Трандуил, будь он в сознании, непременно сморщил бы свой идеальный точеный нос. Торин усмехнулся - хорошо, что он без сознания – не лучшее место для высшего эльфа. Но другого не было.
- Я не прошу вас заботиться о нас, - сказал он, вернув внимание к женщине. - Но мне нужна горячая вода и лекарства, если они у вас есть. Если нет, мне потребуется помощь вашего сына. – Торин оглянулся, но мальчишки в доме уже не было.
- Есть некоторые травы, - отвлекла его женщина. Принявшись копаться в каком-то мешке за печью, она извлекла несколько связок.
- Хорошо. – Торин отвернулся. – В чем вы растапливаете снег?
