- Ты тоже будешь подвергать сомнению мои слова?
- А ведь это действительно может быть правдой, - задумчиво продолжил маг. – Не раз я замечал, что он вел себя странно. Да и то, как именно ему удалось ускользнуть из пещер гоблинов и помочь выбраться компании гномов из твоего дворца, всегда внушало мне некоторые сомнения.
- Как и мне, - согласился Трандуил. – Было и еще одно – тот вечер, когда он принес Аркенстон, непонятным образом снова проскользнув мимо моих лучников. Когда же я решил навестить его чуть позже, помещение было пустым, но я отчетливо слышал биение сердца и шаги. Митрандир, эта вещь обладает чарами сокрытия, но я никогда бы не подумал про кольцо, если бы не Саурон.
Все замолчали. Тишину разрушила Галадриэль.
- Если это действительно так, - сказала она, - если кольцо власти нашлось, и оно у полурослика, значит перед нами стоит гораздо более серьезная задача – решить, что с ним делать, ибо нельзя допустить, чтобы кольцо попало в руки врага. И в этом случае, нам может сыграть на руку, что Саурон сейчас в Эреборе, а не в Мордоре.
Она стояла на уступе еще довольно продолжительное время, пока присутствующие обдумывали ее слова. А вместе с тем на небосводе уже взошла луна, и звезды мерцали в чистом морозном воздухе. Стража и слуги у подножия башни располагались на ночлег, и на площадке то и дело раздавались сдержанные вздохи. Галадриэль, наконец, обернулась, окинув взглядом хмурые, усталые лица, и улыбнулась.
- Всем нам нужен сейчас отдых, - молвила она. – Утро вечера мудренее. Завтра на рассвете мы решим, как быть дальше. Пока же не томите свой разум раздумьями и идите спать.
Все облегченно выдохнули и направились к лестнице, однако Гэндальф остановил Торина. У самого выхода Галадриэль тоже остановилась и повернулась к Трандуилу. Приблизившись к нему настолько, что Торину показалось, будто их тела соприкоснулись, она обхватила ладонями его лицо. Торин почувствовал абсолютно новое для себя, неприятное ощущение, будто в груди что-то сжалось, а потом ощетинилось. За широкой спиной Трандуила он не видел, что говорила или делала эльфийская владычица, но глаза ее были закрыты, и гному хотелось, чтобы она поскорее отошла от Трандуила. Будто почувствовав его настрой, Галадриэль медленно открыла глаза и послала ему такой всезнающий, хитрый взгляд, что Торин нахмурился. За наблюдением он не расслышал, что спросил у него Гэндальф. Оцепенение спало лишь тогда, когда тот сжал рукой его плечо. Торин очнулся, взглянув на волшебника, но повернувшись обратно, обнаружил, что они остались одни. Гэндальф долго расспрашивал его о Бильбо и о странностях в его поведении, и Торин наконец отвлекся от мыслей об эльфах и впервые задумался о том, что ничего не знал о хоббите, с которым провел так много времени. Вспоминая их путешествие, он не мог не признать, что некоторые моменты действительно порой внушали подозрение.
Когда Торин наконец спустился вниз, вокруг царила тишина. Гадая, где расположились на ночлег его товарищи, которых ему удалось отыскать у подножья Мглистых гор и которые направились на Совет вместе с ним, Торин направился к кострам, у которых грелись стражники, переходя от одного к другому по всему периметру, пока не выяснил, что эльфы предложили гномам переночевать в их палатках. Удивленный этим открытием, Торин направился к шатру Трандуила, гадая, не слишком ли поздно для визита. На самом подходе одолела и еще одна мысль, весьма неприятная – о странном поведении эльфийских владык в башне. Мысль заставила замереть и снова нахмуриться, но к его изумлению, стражники молча подняли полог, будто были предупреждены о его приходе.
Внутри было приятно тепло, и царил полумрак. Раздвинув портьеры, Торин заглянул в жилую часть шатра. Трандуил спал, раскинувшись на походном ложе. Удивленный, Торин не знал, что делать, пока не обратил внимание на кушетку, видимо, приготовленную для него и застеленную мохнатыми шкурами. Не чувствуя особой усталости, он просто сел и принялся изучать взглядом спящего, гадая, что же не так с его обликом. Усомнившись в правильности того, что видел, он приблизился к ложу Трандуила. Так и есть - лицо короля лесных эльфов было чистым и гладким, будто и не было на нем никакого шрама. Так вот что делала Галадриэль! Торин слабо усмехнулся, сообразив, как глуп он был, надумав самое плохое, – Владычица Золотого леса всего лишь поделилась с Трандуилом своей магией, вернувшей ему прежний, идеальный облик. Хотя и со шрамом он был идеальным…
