- Не лезь не в свое дело, гном! - зазвучал полный предупреждения голос. - Будь благодарен, что тебя не трогают.
- Вот еще! – твердо выдал Торин.
- Нет? – Тьма сжалась в небольшой сгусток и вдруг рванула вперед, ударив Торина с такой силой, что тот распластался по стене, больно стукнувшись головой. В глазах потемнело.
- Ты мне не нужен, гном. – Шипела тьма. - Одно моё желание, и ты – труп. Мне нужен только он… Не лезь. – И снова собралась, готовясь ударить, однако замерла на полпути при звуке голоса.
- Хватит, Гортхаур, - тихо, но твердо повторил Трандуил. Никогда еще Торин не был так рад вмешательству пришедшего в сознание эльфа.
Тьма снова вернулась в соседнюю камеру, и Торин увидел проступившие очертания человека.
- Говори же, тебе понравилось? – Сгусток тьмы, имитирующий руку, потянулся к волосам эльфа, но прошел сквозь них, лишь колыхнув пряди. - Я приказал Азогу быть помягче, надеясь на твое благоразумие. Ты интересен мне. Такой упрямый. Сильный. Иди мне на встречу, я оставлю тебе твой лес.
- И только? – усмехнулся Трандуил.
Смех наполнил камеру.
- Всегда восхищался твоим тщеславием, синда. И тому, как яростно ты воевал за каждый кусочек своего леса. Идем со мной, и я подарю тебе все земли, что ныне принадлежат эльфам…
- Какое великодушие. – К Трандуилу, определенно, возвращалось не только сознание, но и обычная ироничность. – Подарить мне мои же владения. И земли моих сородичей. Я сейчас разрыдаюсь от твоей щедрости.
Мгла рассыпалась шипящими звуками подобно ледяной воде, выплеснутой на раскаленное железо.
- Отказываешься? Снова? Что ж, я расскажу тебе, как это будет. То, что сделали с тобой сегодня, - цветочки в сравнении с тем, что тебя ожидает. Раз за разом твоя душа будет стремиться покинуть тело, оскверненное, ничтожное, недостойное более предстать пред очи светлых сил мира сего. Но когда всё будет двигаться к кульминации, когда тело будет уже не в состоянии удерживать твою fear, мои приспешники будут останавливаться, не давая ей выхода. День за днем ты будешь слабеть. И настанет час, эльф, когда свет в твоей душе померкнет и единственным желаемым тобой исходом будет смерть, но ты ничего не сможешь сделать. И душа твоя, окончательно сломленная, уже не сможет противостоять злу. Аванире рухнет, словно стена из песка, и тогда я узнаю всё…
Трандуил молчал, смотря в сторону, и тьма постепенно рассеялась, оставив на душах пленников горькое послевкусие. Они больше не разговаривали в тот вечер, закутавшись каждый в свою одежду, и придавались горестным мыслям.
***
- Скажи мне, где кольцо. Скажи! – Звучало снова и снова, расходясь дрожью по обнаженному телу. Сковывая сознание. Щекоча нервы. Не было ничего больше - только тьма и белый орк на её фоне, глумливо оглядывающий его своими желтыми глазами. – Я вижу, ты знаешь. Чувствую. – И каждый раз, когда Трандуил отказывался, Азог разрывал его на части, вырывая из горла невольные крики и рыдания.
- Проснись!
Трандуил подскочил и уставился на мрачно взирающего на него Торина. С трудом подавив желание обхватить себя руками, чтобы сдержать колотившую его дрожь, эльф расправил плечи и прислонился спиной к стене.
- Не спишь, Торин Дубощит? Я думал, ты привык к отсутствию мягкой койки.
- Поспишь тут, - ответил Торин, будто и не заметив иронию. Под внимательным взглядом гнома Трандуил неосознанно поднял руку и ослабил ворот, сделав глубокий вздох. Ночной кошмар до сих пор стоял перед глазами. К спине, мокрой от холодного пота, неприятно прилипла сорочка. Снова наткнувшись на нахмуренный взгляд Торина, рассматривающего его шею, Трандуил отвернулся, стыдливо запахиваясь. Он знал, что мог увидеть там гном – синяки от орочьих лап, лишь чудом не задушивших свою жертву. «То ли еще будет» - подумал он и чуть было не зашелся в истерическом смехе, представив, как будет смотреть на него Торин потом - после нескольких раз. Ему хотелось видеть в его глазах злорадство, только бы не жалость. Сочувствие разрушает волю, а Трандуил не был намерен сдаваться ни в коем случае.
Кольцо – вот что двигало Гортхауром в его нынешних поступках. Пробудившееся, оно отчаянно взывало к своему хозяину, и Темный его чувствовал. Тем глупее была ошибка Трандуила. Само по себе соперничество лихолесского короля и властителя Дол Гулдура мало что значило. Будь между ними лишь это, Саурон бы не стал церемониться. Но первое, о чем спросил его Гортхаур, было «где кольцо?». А Трандуил, удивленный вопросом, не смог спрятать внезапного изумления от пришедшей в голову догадки. Это было лишь импульсом – мимолетным и сразу подавленным, - но Саурон, великий колдун, уловил его тотчас же. Вот почему он так стремился пробить внутреннюю оборону эльфа и проникнуть ему в голову – понял, что тот знал или догадывался, где находится вещь, сосредоточившая в себе всю его власть.
