Эмиль судорожно хватает ртом воздух и сжимает грудь в области сердца, силясь унять боль. На какое-то мгновение ему кажется, что он ощущает в своем теле длинный меч, прошедший насквозь. Прямо в сердце. Эта история оказывается для него слишком тяжелой. Это не мог быть он! Тот Эмиль умер в битве, так же, как и Каталина! Это вовсе не они, нет!
Но тогда почему его сердце так остро реагирует на прочитанное? Что это за воспоминания на краю сознания, которые не дают себя поймать? Почему он ничего не помнит? Почему? Кулаки Эмиля с грохотом врезаются в стол. Голова опускается на деревянную поверхность. Из глаз текут горячие слезы, которые он уже не в силах остановить. Почему все так запутанно? И как во всем этом разобраться в одиночку? Как отличить правду от вымысла? И как понять собственные чувства, которые разрывают его на части?
Эмиль не смог бы сказать, сколько времени провел в этом темном углу, окруженный пыльными книгами, хранящими в себе страшные тайны прошлого. Он чувствовал себя таким измотанным. Собственными мыслями, непониманием происходящего и этими странными событиями, посыпавшимися одно за другим. Король даже не заметил, как уснул прямо на книге с иллюстрацией их с Каталиной безжизненных тел.
* * *
– Господин Август Вайль?
Посол Аурии отрывает голову от стопки бумаг, разбросанных на столе с важными донесениями разведчиков, и с интересом всматривается в юношу, посмевшего нарушить его покой.
– Да, чем могу быть полезен?
– Его Величество желает вас видеть.
Сказать, что Август был крайне удивлен, не сказать ничего. Король ни разу за все пять лет службы Вайля в Ламандии не звал его на аудиенцию. Что же это значит? Хорошая весть или позорное изгнание в Аурию? Мужчина с тяжелым вздохом оглядывает гору бумаг, которые требуют внимания. И когда со всем этим разбираться? А затем встает и послушно следует за слугой на встречу с королем.
Сотни назойливых мыслей всю дорогу крутятся в голове посла. Эта аудиенция выглядит достаточно подозрительно. И явно не принесет ничего хорошего для него самого. Король терпеть не может Августа, так с чего бы ему вызывать его для того, чтобы поразмышлять о вечном? Мужчина невольно усмехается. Раньше Эмиль Кавана и его императрицу терпеть не мог. Страшился ее появления так же, как и десятки других королей. Но последние события так круто развернули ситуацию, что сам Август потерялся. Теперь король Ламандии переживает за жизнь Каталины, а посол заодно с Миростасом, которого терпеть не мог. Жизнь умеет удивлять.
Юноша останавливается перед неприметной дверью, за которой скрывается кабинет короля Ламандии. Вайль нервно поправляет китель и едва заметно выдыхает. Вот сейчас и решится его судьба. Посол кивает слуге, и тот с готовностью распахивает дверь. Август входит внутрь, склоняя перед правителем голову в почтительном поклоне.
Эмиль Кавана молча рассматривает посла Аурии. Его расслабленная поза могла бы обмануть даже самого старшего из советников. Если бы не пальцы, нервно крутящие перо. А еще синяки под глазами, выдающие множество бессонных ночей в жизни короля.
– Ваше Величество, – произносит посол, – вы желали меня видеть?
– Да, господи Вайль, – Эмиль откидывает перо на стол. – Полагаю, вы слышали о том, что произошло с Каталиной?
– Конечно, слышал. Я так же переживаю за свою императрицу, как и Ваше Величество.
– Я знаю, – резко прерывает поток любезностей Эмиль. – И я позвал вас не за этим. Я хочу знать, есть ли у Аурии преемник? Кто-то, кто управляет империей на время отсутствия Каталины?
Август удивленно взирает на короля, не понимая, к чему тот задает подобные вопросы. Разве это не общеизвестный факт? У каждого монарха должен быть преемник. И его императрица далеко не исключение.
– Конечно, Ваше Величество. Принцесса Марго является преемницей моей госпожи и управляет империей в ее отсутствие.
