Сквозь войну и руины полностью

Две фракции Дрифейна сражались друг с другом, сжимая в руках холодную сталь и тяжелые щиты. Одна начала собираться вокруг площади, их щиты украшало изображение, напоминающее белого кота. Они старались держаться подальше от рыцарей и не пускать в город Порождения Крови. Защитники города.

На щитах остальных солдат Дрифейна было изображение красного змея, и теперь, когда Каллинвар подошел ближе, он понял, что они сражались на стороне воинов Лорийской Империи.

Руон была права. Гражданская война.

Обнаружив отсутствие тел Порождений Крови за городскими стенами, Гроссмейстер пришел к выводу, что солдаты Лории и верные им бойцы Дрифейна первыми атаковали город. Порождения Крови последовали за ними, просачиваясь сквозь самые разные щели. Их пульсировавшие, маслянистые щупальца змеились по воздуху, точно корни деревьев в земле. Одна только мысль о Порче вызывала у Каллинвара отвращение. Потом он почувствовал то, что искал. Источник. Бьющееся сердце гниющей мерзости.

– Брат? – Илдрис поймал Каллинвара за руку, когда тот резко направился к источнику.

– Шаман, – прорычал Каллинвар.

Илдрис кивнул и указал в сторону площади.

– Я останусь с Арденом, Дейнином и Миркеном. Здесь еще много…

– Нет. – Каллинвар постарался скрыть раздражение и взять под контроль ярость, рвавшуюся наружу, несмотря на все его усилия. – Мы здесь для того, чтобы с корнем вырвать Порчу из города. Если мы убьем Шамана, остальные побегут. И чем дольше мы медлим, тем больше будет жертв. За мной, Илдрис.

Илдрис кивнул, и его зеленые глаза сверкнули.

– Рыцари, вперед! – Каллинвар устремился через площадь, вновь призвав духомеч, и луч зеленого света вырвался из руки, мгновенно обретая твердость.

Он взмахнул духомечом, блокируя выпад клинка из черной стали, используя силу инерции, чтобы развернуть свое оружие, и рассек торс атаковавшего его зверя. Духомеч прошел, как нож сквозь масло, через плоть и кости, во все стороны брызнула кровь. Арак взвыл, когда две половинки его тела рухнули на землю.

Каллинвар поднял меч, чтобы принять новый удар черного стального клинка. Сила ответного удара отбросила оружие зверя назад, и он не успел восстановить равновесие, когда Гроссмейстер стиснул рукой в латной рукавице его горло. Сила охраняющих доспехов пылала в его венах, он сжал пальцы и оторвал арака от земли.

Чудовище зарычало, пытаясь вырваться, и Каллинвар подтянул его к себе. Почти семи футов ростом, зверь не привык, чтобы с ним обращались, как с детской игрушкой, но сила Гроссмейстера переполняла Каллинвара.

Образы безжизненного тела Вератина вспыхивали в его сознании, и тут же его начала наполнять ослепительная ярость. Вся прошлая жизнь убеждала Каллинвара взять ее под контроль, использовать как оружие, но сейчас его мало волновали требования разума. Он позволил боли и потере захватить все свое существо, и в сердце запылал огонь мщения.

– Скажи своему богу, что я пришел за его кровью, – прошептал Каллинвар отчаянно дергавшемуся араку. Зверь на миг замер, словно хотел заговорить, но Каллинвар стиснул челюсти и сжал пальцы, в голове у него отчаянно пульсировала кровь. Раздался громкий треск. Голова зверя дернулась влево, и тело поникло. Каллинвар разжал руку, тварь упала в грязь, рыцарь Акерона перешагнул через неподвижный труп, а зеленое сияние его духомеча отражалось в лужах разлитой на улицах города крови.

Словно дверь открылась в разуме Каллинвара: накатили воспоминания о Вератине. У него отчаянно дрожали руки, мысли мчались вперед. Это я должен был погибнуть, старый друг. А тебе следовало уцелеть. Кровь Каллинвара кипела, когда он шагал по улице, а его духомеч пробивал кровавую тропу сквозь Порождения Крови и имперских магов. Он убивал любое проявление Порчи, встававшее на его пути. Как я со всем этим справлюсь без тебя? Он полностью погрузился в ритмичные движения духомеча, чтобы сжечь горе, и в те мгновения его интересовало только искусство убивать.

Он лишь смутно воспринимал своих рыцарей, которые двигались справа и слева от него, убивая Порождения Крови, ускользнувшие от его клинка. Группы воинов с белыми символами котов на щитах рассеялись по улицам, они защищали город и его жителей от Порождений Крови и солдат Лории.

Впереди Каллинвар увидел Отмеченного Кровью, поднимавшегося над грудой тел лорианских бойцов и трупов горожан Дрифейна – воинов и мирных жителей. Красный свет пронизывал дым, который изливался из рун, выжженных на плоти Отмеченного Кровью. Монстр был почти вдвое выше Каллинвара, мускулы бугрились под толстой шкурой, блестели обсидиановые когти, огнем горели красные глаза. Порча растекалась во все стороны от зверя, подобно кругам на воде от камня, брошенного в пруд.

Каллинвар издал звериный рев и атаковал, тяжелые сапоги с грохотом отталкивались от земли.