Сквозь войну и руины полностью

– Только я не думаю, что все закончится так же, – заметил Кейлен, который тоже сложил руки на груди. – Валериса вряд ли удастся напугать, как ту лошадь.

Валерис слегка переместил голову вперед и тихонько толкнул Фейнира в бок, тот лишь чуть громче зарычал. Кейлен и Хейм расхохотались, глядя, как волкобраз едва не выскочил из шкуры, когда Валерис выдохнул на него облако теплого воздуха.

Элла молча наблюдала за братьями, которые не сводили глаз с дракона и волкобраза. Слезы снова обожгли уголки ее глаз, а на губах появилась улыбка. Она могла вечно наслаждаться этим замечательным моментом, но тут из ворот вышла группа из семи фигур. Элла посмотрела на Кейлена.

– Кто это? – спросила Элла.

– Друзья, – с усмешкой ответил Кейлен.

По мере того как группа к ним приближалась, Элла вгляделась в их лица. Один был анганом из клана Фенрир. Другой высокий, как Хейм, и с такими же мощными плечами. Но тут она увидела знакомое лицо.

– Кейлен, это…

– Элла Брайер. – Данн Пимм улыбался от уха до уха. Его глаза сверкнули – так случалось всякий раз, когда он собирался сказать какую-нибудь глупость. – Ты так заскучала без меня, что решила навестить?

Точно. Глупость. Элла тряхнула головой, рассмеялась и тепло обняла Данна. Он всегда этим представлял угрозу.

Если ему в голову приходило какое-то, совершенно любое слово, он его тут же произносил.

Когда они были маленькими, ее мать, Юлинда Пимм и Илия Хейвел частенько просили Эллу и Хейма присматривать за Кейленом, Ристом и Данном. Даже в те времена Данн был занозой в заднице. Но всегда подражал Кейлену – во всем. И Элла любила его за это.

– Рада снова тебя видеть, Данн.

Сила, с которой Данн ее обнял, удивила Эллу.

Он отстранился и тут же заявил:

– Вижу, что твой нос знавал лучшие времена.

– А хочешь иметь такой же? – осведомилась Элла.

– Ладно, ладно. – Данн поднял руки, переходя в оборону. – Я пошутил.

Элла покачала головой, не сводя взгляда с Данна, а затем заметила лицо, которое совсем не ожидала увидеть.

– Тэрин?

Эльф слабо улыбнулся Элле. Прежде она говорила с ним всего один или два раза, но с благоговением слушала его истории множество раз. К удивлению Эллы, эльф ее обнял. Нет, его объятия не походили на тепло Кейлена, Хейма и Данна – но она никак не ожидала проявления таких чувств от эльфа.

– Я рад, что с тобой все в порядке, – сказал Тэрин.

В его взгляде Элла уловила что-то еще. Его слова были искренними, но за ними скрывалась печаль.

– Элла. – Кейлен подошел к ней, Тэрину и Данну, а остальные вновь прибывшие остались стоять в нескольких шагах от них. Кейлен смотрел на нее так, словно увидел призрак – наверное, так и было. Он с улыбкой тряхнул головой. – Я все еще не могу поверить, что ты здесь. У меня множество вопросов. Что произошло? Как ты сюда попала? Кто пришел с тобой?

– Мне кажется, что предложение Хейма… – Взгляд Эллы на секунду задержался на Хейме, как будто она ждала, что иллюзия исчезнет. Однако он спокойно почесывал голову Фейнира. – Извини, – сказала она Кейлену и взяла себя в руки. – Я думаю, что предложение Хейма собраться у огня и выпить меда нам очень подойдет, если мы хотим поделиться друг с другом своими историями. Мы проделали долгое путешествие. – Элла указала на Яану, Таннера, Фарду, Илиана и Халу, которые стояли в двадцати футах от них, оставаясь там после того, как Элла побежала к Кейлену. – Мы отправили письмо Эйсону Вирандру. Несколько месяцев назад. Его агенту в Аргоне. Я думала, что он его получил, пока мы находились в пути. Корен сказала, что ты с ним.

Кейлен перевел взгляд с Эллы на Тэрина.

– Он здесь, но мы не получали письма… – Кейлен замолчал, глядя на Тэрина. Эльф смотрел в землю. Что-то изменилось в выражении лица Кейлена, и Элла поняла, что его глаза начали испускать сияние. За его спиной Валерис отодвинулся от Фейнира и повернул голову к Кейлену и Тэрину. – Тэрин, я помню, что несколько месяцев назад нам доставили письма из Арема. Эйсону от Далена, в котором рассказывалось, что произошло в Даракдаре. И после приходило немало писем.

Тэрин медленно кивнул.

– Да, так и было…

Челюсти Кейлена застыли, и Элла почувствовала, как в нем начал закипать гнев. Но не детский гнев мальчишки, которого она знала прежде; в нем появилось суровое желание насилия. Кейлен всегда легко выходил из себя, но оставался добрым юношей. Теперь же от этой доброты не осталось и следа.

– Тэрин, что ты скрываешь?

Эльф прикусил щеку и посмотрел Кейлену в глаза.

– Мне очень жаль, Кейлен.

Элла отступила на шаг, когда из глаз Кейлена полился пурпурный свет, и в воздухе замерцал туман. О, боги, что происходит? Валерис тут же оказался рядом с Кейленом, и из его горла вырвалось грозное рычание. Кейлен, который изменился всего за несколько мгновений, шагнул к Тэрину.

– О чем ты сожалеешь, Тэрин? – резко спросил он.

Тэрин с трудом сглотнул, но не отвел взгляда.